Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Если магазин официально продал пряжу этой фабрике, то он ей через банк выставил платежное требование. И фабрика тоже через банк должна была эту пряжу оплатить.

— И если оплатила, значит, выходит, и пряжу получила?

— Ей с этой пряжей нечего делать. Я уже смотрел их номенклатуру. И пряжа в этом случае ушла куда-то дальше, мимо этой фабрики.

— Но ведь фабрика ее оплатила, — недоумеваю я. — Как же с деньгами?

— Я же тебе говорю, — терпеливо разъясняет Эдик. — Если тут замешана фабрика, то, видимо, осуществляется какая-то афера. Надо только разгадать какая. Поэтому до зарезу нужны документы из магазина. Тогда аферу не только раскроем, но и докажем.

— М-да, — я качаю головой. — Не простая задачка."

"— Не зря едим хлеб, — снисходительно усмехается Эдик. — Кое-что делать умеем. Помоги только отыскать документы. Там, в частности, должна быть доверенность фабрики или еще какой организации на получение пряжи. А в доверенности — имя, чье-то имя. И этот человек потом расписался в накладных, когда эту пряжу получал. И накладные эти тоже должны быть в бухгалтерии магазина. Они ей нужны для отчетности.

— А на фабрике разве нет экземпляра этой накладной?

— Там же нет пряжи, значит, нет и накладной.

— Но как же они на фабрике оформляли деньги, уплаченные за пряжу?

— Вот! Если бы я только знал, — Эдик страдальчески морщится, словно у него заболел зуб. — Найди мне эти документы, дорогой. Найди Шпринца, черт бы его побрал! Полцарства за Шпринца! Мало? Ну, чего хочешь проси.

Возвращается Давуд, и мы отправляемся ужинать к нему домой. Дело в том, что у Давуда есть мама. Боже мой, какие национальные блюда она умеет готовить! Можно, говорят, проглотить язык. В первый мой приезд сюда мама была больна. И я пока знаю об ее искусстве только по рассказам. Но сейчас она выздоровела, и нас с Эдиком, видимо, ждет небывалый пир. Правда, Давуд говорит скромно: «Немножко перекусим».

Перед тем как идти ужинать, я спрашиваю Давуда:

— Наблюдение за квартирой Шпринца установили?

— Конечно, дорогой. Неужели нет?

— Кто у него дома?

— Жена, дочь, внук. Мужа у дочери нет, трагедия.

— А за домом Ермакова тоже смотрите, того, рыночного? — спрашиваю я, игнорируя домашнюю трагедию Шпринца.

— Еще бы. Как иначе, а? Ну, пойдем, дорогой. Мама ждет.

— Пойдем, пойдем. А за Гелием смотрите? — не успокаиваюсь я.

— Во все глаза смотрим, что ты! — смеется Давуд. — Очень быстро ездит на своей синей «Волге».

Уже по дороге я продолжаю приставать к Давуду с вопросами:

— Город сразу закрыли?

— Конечно, — кивает он. — Мы обнаружили исчезновение Шпринца через полтора часа после его отъезда из магазина. И сразу закрыли для него аэропорт и вокзал.