Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Дверь кабинета приоткрылась, заглянул Полесов:

— Мы готовы, Иван Александрович.

— С чем вас и поздравляю.

Степан молча глядел на начальника, ожидая, что же будет дальше.

— Ну, чего стоишь?

— Жду.

— Между прочим, у тебя часы есть?

— Есть, — с недоумением ответил Полесов.

— Ну раз так, погляди, который час.

— Двенадцать двадцать пять.

— Насколько мне помнится, я приказал ровно в это время группе быть у машины. Не так ли?

— Так мы уже давно там ждем...

— Смелый ты стал, Полесов. Ишь как с начальством говоришь неуважительно."

"— Да что вы, Иван Александрович, — растерялся Степан, — как вы такое могли подумать...

— Ладно, пошли, — Данилов усмехнулся. — У меня сегодня настрой такой, обличительный настрой.

Все уже сидели в машине. Данилов сел рядом с шофером, помолчал и скомандовал:

— Поехали, Быков.

— Включить сирену?

— Не надо, тихо поедем, город посмотрим.

— А чего его смотреть-то, город этот, — мрачно заметил шофер, — город как город.

У Пушкинской машину остановил красный свет светофора. По улице Горького шли бронемашины. Штук двенадцать тяжелых, покрытых зеленой броней машин медленно двигались в сторону Охотного ряда. Наконец последняя пересекла перекресток, и Быков, нажав на газ, выскочил на бульвар. Здесь движения почти не было.

— Все, — сказал Данилов, — я сплю. Ясно вам? — повернулся он к спутникам. — Разбудите у КПП.

Он удобнее устроился на сиденье и закрыл глаза. А машина продолжала бежать по улицам Москвы. И пассажиры ее видели за спущенными окнами знакомые улицы и дома. Многие из них были покрашены зелеными камуфляжными полосами, окна квартир по-прежнему заклеены крест-накрест бумажными полосками. На некоторых школах и учреждениях висели белые полотнища с красными крестами, в них разместились госпитали. Ближе к окраинам улицы менялись резче. Витрины магазинов и окна первых этажей закрыли мешки с землей. Из таких же точно мешков на углах и перекрестках сложены огневые точки. Движение перегораживали сваренные из рельсов противотанковые ежи, в скверах торчали стволы зенитных мелкокалиберных пушек. Все чаще начали попадаться парные конные патрули, вместо милиционеров движение регулировали девушки в красноармейской форме. Это было своеобразным кольцом обороны города. И хотя положение на Центральном фронте стабилизировалось, более того, почти полностью прекратились налеты вражеской авиации, город был готов в любой момент отразить нападение противника.

Рабочий пригород Москвы стал военным лагерем ополченцев и бойцов истребительных батальонов. Радом со станками стояли винтовки, по первому сигналу на помощь армии вышли бы, как в годы гражданской, полки московского пролетариата. Это были не наскоро вооруженные ополченческие подразделения.