Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Его немедленно узнают и возьмут тут же. Но если он пришлет кого-то? Присутствие в магазине дружинников может насторожить этого человека, отпугнуть. Но с другой стороны, продавец сам по себе может представить оперативный интерес.

— Вы что-нибудь знаете об этом Моткове? — спросил он.

— Конечно. Во-первых, у него машина. Это при его-то зарплате! Потом знакомства. Выпивает часто. На деньги играет, в домино, например.

— Дома у него были?

— Мы группа оперативная, — весело подмигнул паренек. — А тот двор у нас вообще на учете.

— Что же это за двор?

Паренек назвал адрес, и Виталий невольно насторожился: в том дворе жил и Васька; кроме того, тех «доминошников» он уже успел узнать. Виталий вспомнил полутемный двор, свою драку там… Может быть, среди напавших на него парней был и этот Мотков?

— Вот что, — решил он наконец, — к вам пока одна-единственная просьба: не поднимайте шума в магазине до нашего сигнала. Ладно?

— Ладно, — и, поколебавшись, паренек спросил деланно-безразличным тоном: — А вы тут тоже на операции?

— Да нет, случайно зашел, — улыбнулся Виталий.

С этого момента Мотков был взят под двойное наблюдение. Но он даже не приближался к деревянному ящику на стене.

А на следующее утро, когда Виталий вместе с первыми покупателями зашел в магазин, обнаружилось, что записка исчезла.

Утром Павел Иванович, как всегда, долго фыркал в ванной, потом из спальни донеслось ровное гуденье электробритвы, и, наконец, он появился на кухне, свежий, пахнущий одеколоном. И все же Татьяна Спиридоновна безошибочно угадала, что муж не в духе. Да, собственно говоря, это можно было не угадывать, а заранее предположить: ночной их спор ничем не кончился.

Поэтому, как только Павел Иванович принялся за завтрак, она без колебаний возобновила этот разговор: он касался слишком важного вопроса, чтобы Павел Иванович принял решение по нему самостоятельно."

"— Павлуша, я, конечно, не вмешиваюсь в твои дела, — как обычно, начала Татьяна Спиридоновна. — Но я тоже имею мнение. Я ему не верю! Вот на столько не верю! — она большим пальцем отмерила на мизинце ничтожную дольку. — Платить такие деньги!

— Если вещь подлинная, она стоит любых денег, мой друг, — веско возразил Павел Иванович, аккуратно выгребая ложечкой прилипший к стенкам яичной скорлупы белок.

— Все равно, он обманщик, обманщик, обманщик… Я всю жизнь это буду повторять. Помяни мое слово, ты горько пожалеешь.

Павел Иванович нахмурился. В глубине души он был суеверен и боялся «накаркивания» жены. Поэтому он поспешил быстрее закончить завтрак и на прощанье буркнул:

— Успокойся, мой друг. Я ничего без тебя не решу. Время терпит пока.

До обеда он заставил себя пробыть в магазине: накопились дела. Обед в «Арагви» прошел весьма удачно.