Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Вот и о тебе тоже. Для того и пришел. Ты садись. И давай закурим, если не возражаешь.

Игорь говорил спокойно, убежденно и доброжелательно, никак, однако, не пытаясь подкупить этим тоном Зарубина. Так уж естественно получилось у него, и эту естественность тона уловил Зарубин.

– Здесь нельзя, – сказал он. – Давай выйдем.

– Что ж, давай.

Они вышли из сарая и уселись невдалеке на скамье.

Закурили. Каждый свои, не пытаясь угощать, опасаясь, как бы другой не принял это за навязчивость, да и желания друг друга угощать пока не было.

– О судимости твоей я знаю, – напрямик начал разговор Игорь. – Но об этом как-нибудь потом. А то и вовсе вспоминать не будем. Как сейчас живешь, скажи?

– Ничего, вроде. Живу…

– Доволен?

– Доволен…

– Я понимаю, Иван, душу раскрывать ты перед каждым встречным не собираешься. И правильно. Я, вот, тоже на это не очень всегда настроен. Но тут, понимаешь, дело особое. Я, ведь, в некотором роде, ну, как доктор, что ли. А докторам приходится все рассказывать, понимаешь?

– Меня уже ваши доктора лечили. Знаком, – не поднимая головы, насмешливо ответил Зарубин. – Думал, хватит.

– Что, обида осталась?

– А ты думал? Не в санатории лечили.

– Ну, так ведь, по справедливости все получилось?

– Так-то оно так…

– Вот и дальше так должно быть, я считаю. Друзьями-то обзавелся?

– Сыт друзьями.

– Старыми? – Игорь усмехнулся. – О них забыть пора.

– Не забываются.

– Что, напоминают?

– Пока бог миловал.

– И то хорошо. А ждешь? Ты с кем освобождался?

– Можешь справку навести.

– А самому вспоминать неохота?

– Придется, так вспомню.

Впервые в равнодушном тоне Зарубина мелькнула угроза.

– Значит не по-доброму расстались?

– Не по-доброму.

Зарубин поднял голову и посмотрел на Игоря, что-то, видимо, собираясь спросить, но передумал и снова опустил глаза. Сидел он согнувшись, опираясь локтями о колени, и, глядя в землю, курил.

– Да-а. По-разному, конечно, люди расстаются, – вздохнув, согласился Игорь. – И вина тут порой бывает обоюдная. Ты человек, и он человек.

– Это, когда человек…

– А тут?

– А тут зверь! – с неожиданным вызовом произнес Зарубин. – Ты бы видел. Он ее то бил, то издевался. И уйти не давал, гад.

Видимо, болела, саднила у него на душе история его женитьбы и ссоры со Смоляковым. Ни тот, ни другой не могли ее забыть, хотя и по разным причинам.

– Ты начал жизнь по-новому, – задумчиво сказал Игорь. – Это правильно. Это, если хочешь знать, справедливо. Так и надо дальше жить. Не сорвись, если что.

– Если приедет?

– Вот именно.

– Убью, – глухо сказал Зарубин, не поднимая головы.

– Нет. Я тогда сам все сделаю. Уж доверь. Не ошибешься.