Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

– Мой нос при мне, – Родька, видимо, обиделся, и неизменная его улыбка на круглом лице вышла досадливой и сердитой. – А вот Прошке надо бы давно укоротить. Нагличать больно стал. Сам видел.

– Так вот, московский приятель, ты говоришь, и хотел его укоротить?

– Ну, да. Тут другие дела. Чуть не убил, люди видели. Только Прошка жалиться на него не стал. Забоялся, гад.

– Это что ж такой за приятель, которого даже Прошка ваш боится?

– Говорю, из Москвы. Тоже шоферяга. Грузы к ним туда, в Лялюшки, возит. Он туда, а Прошка оттуда.

– Там что, завод какой?

– Завод… – презрительно усмехнулся Родька. – Цех там один, в колхозе у них. Ну, вот, вроде, как у нас тоже.

– А-а. Ну, понятно.

– Ничего тебе, милый друг, понятно тут быть не может, – назидательно произнес Родька. – Поумней нас с тобой люди есть.

Они помолчали.

Дорога все шла и шла через лес, и не редела могучая стена зеленых елей по сторонам, густые, длинные лапы их, перекидываясь через узкую обочину, чуть не задевали машину.

– Ох, и места у вас здесь, – вздохнул Виталий.

– Ага. Под охраной лес. Сейчас твои Лялюшки будут.

И верно. Лес постепенно начал редеть, отступать в сторону от дороги, и вдали, за полем, показалась деревня.

Дорога сначала полого спускалась к ней, потом пошла на подъем. Солнце продолжало ослепительно сиять в голубом мареве, временами заходя за легкие белесые облака.

Искрились снежные языки, залегшие в ложбинке, и первые грачи уже вышагивали по мокрым комьям земли.

Вдали тянулись дымки над избами Лялюшек.

– Где тебя высадить? – спросил Родька.

– Давай к тому Свиридову, что ли, – махнул рукой Виталий. – Расспрошу хоть.

– Гляди, с ним поаккуратнее. Мужик хваткий.

– А зачем меня хватать?

– Они вообще приезжих не любят. Понял?

– Кто «они»?

– Они, – с ударением, загадочно произнес Родька и засмеялся.

Машина въехала в деревню, и асфальт сразу сменился выбитым, ухабистым булыжником с лужами. Где-то громко играло радио. Над некоторыми избами тянулись вверх длиннющие шесты телевизионных антенн. Был разгар дня. Холодное, яркое солнце плавилось в бледно-голубом небе чуть не над самой головой. Людей на улице было мало.

На небольшой, грязноватой площади, посреди которой на столбе гремел репродуктор, машина сделала полукруг и остановилась возле бревенчатого домика с небольшой вывеской «Чайная»."

"– Вон туда за угол завернешь, – показал Родька, – и третья изба справа. Новая. Понял? Ну, пока. Ищи дружка, свищи. И меня не забывай, если – что, – он широко и дружески улыбнулся. – Ты парень ничего.

Виталий попрощался и неловко вылез из машины, разминая затекшие ноги. А Родька осторожно, чтобы не забрызгать нового приятеля, двинул машину дальше.

Рядом, из чайной, доносились голоса и тянуло теплом.

Виталий решил заглянуть туда. Есть хотелось зверски.