Жизнь за жильё. Книга вторая

Все остались довольны, все почти смеялись. Вот только нотариусу было не до смеха. Приближался день расчёта со следователем Марченко, и прожжённый жизнью Лев Эдуардович всё никак не мог взять в толк — чего же с него попросит Роман Германович? Захотел бы деньги, уже давно бы обозначилась цифра.

Гражданин Лившиц считал себя обязательным человеком, да и ему, в самом деле, понравилось эффектное раскрытие кражи. Бланки и печать вернулись в контору, папа Сунгарина смог выйти по своим каналам на самого президента Нотариальной Палаты, который лично, без секретаря, попросил Льва Эдуардовича оказать услугу и пойти навстречу непростому сотруднику городской администрации. Рейтинг нотариуса Лившица в узких нотариальных кругах резко поднялся до максимума. Вице-президент принёс глубокие извинения за рекомендованные кадры.

Обычно следствие по таким преступлениям тянулось несколько месяцев и далеко не всегда увенчалось успехом. А тут раскрытие за два дня, и прекращение уголовного дела за месяц. Значит, смог нотариус Лившиц найти правильный подход к сотрудникам внутренних дел и быстро решить вопрос…

В кабинете следователя собрались все участники уголовного дела: обвиняемый со своим адвокатом, потерпевший и следователь. Не было только подозреваемой Соколовской, которую согласно вновь открывшимся обстоятельствам дела перевели в разряд свидетелей. Подписали мировое соглашение, обвиняемый с потерпевшим пожали друг другу руки.

Адвокат Честикин вытащил из портфеля литровую бутылку «Метаксы» и со словами: «Это лично от папы, он недавно в Греции отдыхал» вручил следователю. Конечно же, Роман, не стал отказываться. Да и в ближайшем будущем намечалась большая «отвальная».

Следователь Марченко поблагодарил всех за удачное завершение уголовного дела:

— Всем спасибо! Все могут быть свободны. А вас, Лев Эдуардович, я попрошу остаться…

После того, как адвокат с клиентом покинули кабинет, нотариус со следователем присели за стол. Лившиц вытащил из портфеля однажды предложенную бутылку виски и вопросительно посмотрел на Романа.

Сотрудник кивнул, встал, закрыл дверь кабинета на ключ и вытащил из сейфа пару рюмок и начатую плитку шоколада:

— Больше ничего нет.

— А мы только по чуть-чуть. Впереди рабочий день, да и я за рулём, — сообщил нотариус и аккуратно разлил благородный напиток. — За здоровье, Роман Германович!

— И вам не хворать, Лев Эдуардович!

Глотнули, заели шоколадом…

Марченко начал говорить первым:

— Знаете, коллега, ухожу я со службы. Устал. Надоело!

— Коллега, в ваши-то годы уставать? Да и бросать такую карьеру! Роман Германович, после нашего первого разговора я навёл о вас справки, мне же надо было знать, с кем я имею дело. Все отзывы о вас были исключительно положительными.