Цеховик. Книга 8. Запах денег

— Гайдар в пятнадцать лет полком командовал, — улыбаюсь я.

Мы ещё какое-то время говорим об этой идее, а потом переходим на комсомолок-ткачих, настроения среди молодёжи и прочие вопросы, занимательные с точки зрения кормчего. В конце Леонид Ильич, снова превратившийся в дедушку Лёню передаёт привет Наташке, и мы уезжаем.

— Ну, Егор, — перед прощанием качает головой Чурбанов. — Нагрузил ты Леонида Ильича. Ты прямо во всех сферах хочешь себя проявить. В генсеки не метишь, случайно?

— Нет, — смеюсь я. — Это вряд ли. Ну, и я не планировал. Разговор так повернулся. Дело-то хорошее. Если одобрит царь-батюшка, всем ведь хорошо будет

— Ты смотри, нигде не ляпни про царя, а то будет тебе на орехи.

— Юрий Михайлович, а как так вышло, что вы учились на философа, а стали милиционером, да не простым, а золотым?

— Философия, дорогой юный друг, пронизывает всё. Это основа.

— И даже марксистско-ленинская?

— Якобинец. Всё, я поехал. Времени много.

Я тоже поехал.

Утром я просыпаюсь рано из-за разницы во времени. Решаю позвонить Наташке. Спускаюсь в переговорный пункт и заказываю разговор.

— О, Егор! — радуется она. — Привет. Как у тебя дела? Ты меня прямо на пороге поймал, я на консультацию собиралась.

— Нормально дела. Тебе привет от дедушки.

— От какого дедушки? — удивляется она.

— От Лёни. Я вчера снова его видел. Он сто раз про тебя спросил. Теперь-то я знаю, что такое ревность.

Она сначала замирает, а потом начинает смеяться.

— Ну вот, понял наконец?

— Понял. Ну ладно. Позвони как-нибудь. Давай, беги. Целую тебя.

Поднимаюсь к себе в номер и уже из коридора слышу, как разрывается телефон.

— Алло! — успеваю уже в самый последний момент.

— Брагин! — раздаётся раздосадованный голос. — Ну, ты и спать! Из пушки не разбудишь!

— Нет, Борис Маркович, я в переговорном пункте был, на родину звонил.

— Ясно. Ну ты и устроил шухер. Весь ЦК на ушах стоит. Готовят расширенное совещание, чтобы твоё предложение обсуждать. Генеральный секретарь такого нагоняя дал, что все как бешеные закрутились.

Он усмехается.

— Но смотри, не подавай виду, что я тебя уже проинформировал.

— Конечно, — обещаю я.

— В общем готовься, позвонят тебе скоро и пригласят доклад делать. Там и министерство обороны, и ДОСААФ, и ВЛКСМ — все будут. Смотрите, не провалитесь с Ириной.

— А когда, сегодня?

— Завтра, я думаю, или послезавтра, точно не знаю, но на днях. Леонид Ильич огромное ускорение придал.

— Борис Маркович, спасибо за информацию и за поддержку.

— Пожалуйста, Егор, — говорит он с лёгким сомнением в голосе. — Не забывай своих, в случае чего.

— Вот что-что, а неблагодарность среди моих грехов не замечена, — отвечаю я.

— Ну и молодец.