Кодекс Охотника. Книга XXXII

— Фух… Пронесло! — засмеялся я.

И на меня с недоумением и некоторым испугом посмотрели оба молодых родителя.

— Что именно «пронесло», Саша? — спросил Андрей.

— Ну что, она такая же красавица, как мама, а не как папа, — заржал я.

Ко мне присоединилась Светлана. А Андрей стукнул меня по плечу:

— Ну ты дурак! — но тоже улыбнулся. — Теперь самое главное, чтобы она была такая же умная, как папа, — пафосно выдал он.

После чего сразу же охнул, получив тычок кулака под рёбра от своей жены.

— Слышь, — сказала Света, — это ты что сейчас сказал?

— Так, ладно, ладно, — миролюбиво сказал я. — Она будет такая же умная, как вы оба, потому что вы чертовски умные, одни из самых умных людей, которых я когда-либо видел, — рассмеялся я. А что касается мелкой… — конечно, я успел просканировать её. — Символ на попе уже видели? — улыбнулся я родителям.

— Э… Символ? Какой символ? — сказал Андрей.

— Ну, там же родинка, — засмеялась Света. — А ну, давай, сейчас покажу.

Она распеленала младенца. Андрей посмотрел на это и, кажется, впал в ступор.

— Однако, — покачал головой он.

— А что в ней такого? — спросила Света, крутя агукающую малышку и рассматривая родимое пятно.

— Ну, ничего особенного, кроме того, что контурами она точь-в-точь эмблема Ордена Паладинов. А так… Ну, это же случайно, не так ли? — хмыкнул я. — В общем, ладно, Светка, пеленай малышку, чтобы не замёрзла. Забираю я твоего мужа. Вы уже попрощались?

— Долго не задерживайтесь, — улыбнулась она.

— Да. Мы быстро туда и обратно. Погнали.

Я чмокнул Светку в щёчку, ещё раз поцеловал маленькую Александру. Попутно, незаметно для родителей, подкинув ей энергию в нужные точки.

И мы с Андреем отправились на безлюдный берег Байкала, в стороне от людей и построек, где нас уже ожидали другие Паладины и Ларик. И снова вся весёлость слетела с меня как в один миг. Одно дело — держать лицо при общении с женщинами, а другое — когда идёшь на смертельную битву. Инферно похитили беременную жену Охотника. Таких дебилов поискать ещё нужно.

И что я точно не собирался сдерживать — так это всепоглощающую ненависть, которая накрывала меня от осознания этого ужасного поступка. Взмах рукой.

— Ларик? — кивнул я эльфу.

На песке уже была предварительно начерчена пентаграмма. Эльф снял кинжал с пояса и ткнул себя в ладонь, выпуская кровь на один из лучей пятиконечной звезды. Четыре Паладина, стоя в других лучах, сделали то же самое.

— А нам с тобой, мой друг, в центр.

Мы с Андросовым стали в центр пентаграммы. Полоснули себя по ладоням и сжали их в кулак, чтобы дать крови капнуть на белый песок песчаного пляжа. И, как только наши капли крови достигли пентаграммы, мир вокруг закружился в багровом пламени.

Охотник вышел на охоту. А ещё он прихватил своих друзей.

Это будет весёлое приключение.