Я царь. Книга XXVIII

Ну? Либо ты меня убьешь?

— Зачем? Думаешь, я так слаб, что не смогу взять тебя живой? К тому же, если ты будешь под арестом, твой Петя быстро сложит полномочия и сам склонит голову перед своим отцом.

— Коля, ты не понимаешь, что делаешь…

Но Гоголь только хмыкнул, подошел к дверям и выглянул наружу.

— Господа, заходите, — сказал он своим коллегам.

В помещение зашли Газонов, Преображенский, Каренина, Чатский. К ним присоединилась Маргарита.

— Царица Ольга! — голос Гоголя прогремел как гром. — Вы задержаны членами совета Имперской Канцелярии. Вам предоставят…

— Не делай того, о чем потом будешь жалеть, Коля… — прорычала она."

"— Стоп! — неожиданно для всех воскликнул Газонов. — Николай Васильевич, что происходит? Попрошу ввести меня в курс дела.

Остальные члены совета тоже были немного обескуражены, но молчали.

— Алексей Октябринович, сейчас не самое подходящее время. Это прямой приказ. Царица Ольга арестована! — сообщил Гоголь. — Происходит переворот и власть отходит достойному. Выполнять приказ.

Остальные члены сомневались. Все же они знали, что царица Ольга не просто жена Петра Романова, но и одна из сильнейших магов Империи.

— Господа, вам этого не надо, — улыбнулась Ольга, аккуратно снимая легкий полушубок и вешая его на сломанный стул.

— Нас больше, — сказал Гоголь. — Тут столько материала для моих големов, что лучше не сопротивляться.

Тут уже случилось то, чего не ожидал, наверное, никто. Алексей Октябринович Газонов выбежал вперед и встал рядом с Ольгой.

— Леш, не стоило, — улыбнулась царица. — Но мне импонирует то, что ты понимаешь ситуацию.

— Я знаю только то, что наш царь никогда не пойдет на то, чтобы навредить своей стране! Он готов жизнь положить на то, чтобы искоренить хаос и Дикие Зоны. И что его отец не зря был свергнут! — он посмотрел на своего начальника. — Вы же читали секретные документы! Мы с вами не в школе и знаем, что было на самом деле.

— Но факты, Алексей Октябринович, говорят о том, что теперь он сделал куда больше, чем царь. Ты же слышал, что он говорил, и сам прекрасно знаешь, что все сказанное Петром Первым по телевизору — правда.

— Я поклялся царю и Империи, что буду защищать закон и порядок в стране и не давать ее в обиду. И сейчас я вижу, где добро и где зло.

— Леша, ты знаешь, что Гоголь мой младший брат? — тихо спросила Ольга.

— Слышал.

— А какая у него предрасположенность?

— Ко всей земляной магии?

— Именно, — улыбнулась она. — А знаешь мою?

— Эм… Боюсь, что нет. Как-то не выпадала возможность лицезреть…

— Вот и славно… — улыбнулась она. — Тогда закрой, пожалуйста, уши.

Големы спрыгнули с крыши и еще несколько появились из обломков в кабинете. Газонов же поспешил сделать то, что ему сказала царица.

Вначале ничего не было слышно.