Жизнь за жильё. Книга вторая

— Максим Владимирович, а что тут думать? Позвоню в присутствии Лапы и его помощников в Челябинск и солью «своим» боксёрам всю информацию по уральскому стукачу.

— Не понял?

— Подскажу Маре и Вершку, как вычислить крысёнка, который меня с ними заложил.

— Тебе что, уральские сотрудники слили своего барабанщика?

— Нет. — Кантемиров спокойно смотрел одним глазом на полковника. Второй глаз заплыл окончательно. — Успел прочитать текст явки с повинной и всё запомнил. Данных не видел,

— Подожди, лейтенант, — Борцов встал со стола и прошёлся по комнате. — Ты хотя бы представляешь, что сделают твои дружки с человеком.

— Могут вальнуть наглухо, — Тимур пожал плечами. — А могут и на больничку отправить.

— И для тебя это нормально?

— Закладывать — западло, Максим Владимирович.

Полковник милиции посмотрел на подчинённого, вернулся за стол и тяжело вздохнул.

— Лейтенант Кантемиров, хотя ты у нас и офицер с особыми полномочиями, слушай мой приказ — ни при каких обстоятельствах не сливать наших осведомителей бандитам. Понял, меня?

Молодой офицер вскочил с места, вытянулся, руки по швам. Один глаз заплыл, второй ест начальство.

— Так точно, товарищ полковник.

— Сядь на место. Я не шучу. И ты отнесись серьёзно. Всё что мы сейчас делаем — государственная тайна. И ты подписался добровольно. А мы за тебя отвечаем. За твою жизнь и за твоё здоровье.

Кантемиров присел, обвёл собравшихся одним глазом и кивнул.

Борцов вытащил из портфеля тоненькую папочку и протянул через стол.

— Читай. Последний документ перед отбытием. Это целевой контракт, гарантирующий твою правовую защиту.

Особый офицер милиции, внедряемый в преступную группировку, принялся одним глазом знакомиться с документом под грифом «секретно», из которого узнал, что его внедрение для разоблачения деятельности организованного преступного сообщества является долговременным и предполагает высокий риск для жизни. Поэтому офицер имеет право имитировать противоправные действия, совершать мелкие проступки и преступления, наносить вред другим лицам. Далее шли специальные нормы, влияющие на начисление выслуги и пенсии на льготных условиях. Тимур расписался, поднял голову и посмотрел на полковника.

Борцов вытащил из своего портфеля четыре пачки денег и отдельный лист бумаги.

— На оперативные расходы. Здесь два миллиона.

— Не много? — Кантемиров приблизил к себе деньги и оставил автограф в ведомости.

— Ты же в Бокситогорск приедешь отдавать долг однополчанину, — напомнил с улыбкой майор Жилин и посоветовал. — Доллары купи.

Тимур улыбнулся и рассовал пачки по карманам пиджака.