Возвышение Меркурия. Книга 17 (СИ)

Часть энергии устремилась по каналу связи к Сандалу, который тоже начал приходить в себя. А Мьёльнир отчаянно сражался за контроль над артефактом. Хотя, по сути, это и был тот самый разумный, с которым я вёл беседу. Сознание заключённое внутри куба сияющей энергии.

Эффект внезапности сделал своё дело — спутник частично разобрался с задачей и перехватил контроль над определённой частью конструкции. При этом успешно сдерживая атаки противника.

Полная блокировка наших сил и возможностей, сыграли с врагом злую шутку. Безусловно, он понимал, что со мной находятся сразу два спутника, которые на данный момент не способны ничего предпринять. Но явно не мог подумать, что один из них настолько хорош в артефакторике. Да и специфику его каменной плоти оценить не смог. Из-за чего у него не вышло предположить, что я могу использовать его таким незамысловатым способом.

Теперь же, Мьёльнир оперировал той же самой силой и одолеть его было не так просто. Впрочем спутнику тоже не хватало сил, чтобы раздавить соперника и перехватить контроль.

Сам я отступил практически к самому краю круглой комнаты, но канал связи функционировал, как надо. И если каменный ёж был занят ожесточённой схваткой на уровне тонких энергий, я сконцентрировался на наблюдении. Не может же быть, чтобы всё управление кораблём и его питание сводились к единственному артефакту.

Собственно, так оно и оказалось — через какие-то двадцать секунд я обнаружил тонкие энергетические каналы, уходящие вниз. А когда Мьёльнир по моей наводке, ударил в том направлении, то почувствовал знакомую силу. Брат был внизу. Под этой пустой круглой комнатой. Пусть я его не видел, но прекрасно чувствовал.

Сущность, управляющая кораблём, на атаку отреагировала вполне предсказуемо — разорвала энергетические щупы в клочья, отбросив их далеко в сторону. Использовать свою силу за пределами оболочки я всё ещё не мог. Даже обычная работа «искры» вызывала жесточайшие болевые ощущения, а когда я попытался задействовать свою мощь вовне, то вовсе едва не потерял сознание. Зато я мог подпитывать Мьёльнира. И если к борьбе при помощи собственной энергии, наш противник был готов и даже постепенно теснил моего спутника, то вот сила Агвира оказалась для него некоторой неожиданностью.

Особенно, если учесть, что я не просто отправил по каналу какой-то объём, а перемолол десятую часть компонента божественной сути, который достался мне от бога войны и огня.

Даже переработка моей собственной «искры» позволяла сгенерировать колоссальную мощь. А в данном случае речь шла о боге Древа.

Куб, который до того сиял белым, заливая ярким светом всё пространство вокруг, неожиданно полыхнул алым. Потом пошёл полосами. А следом начал размываться в пространстве, теряя прежние очертания.