Sindroma unicuma. Книга 2.

Через пять минут черешок ""Клинового листа"" прирос к транспортной развязке. ""Турба"" неслась по проспекту, и я опять пристроилась у окна, рассматривая здания и вспоминая, видела эти места или нет. Они казались смутно знакомыми, и всё же при утреннем освещении город выглядел иным, щедро и гостеприимно предлагая познакомиться с ним заново. Солнечные блики весело играли на стеклах небоскребов, невольно поднимая настроение.

Притормозив, Мелёшин свернул к зданию, увешанному рекламными щитами и вывесками.

- Мы куда? - спросила я, встревожившись.

- В аптеку, - пояснил он, разворачивая машину и выруливая на стояночное место."

"- Мне сюда не надо, - ответила я торопливо, сорвавшись на кашель.

Еще чего не хватало! Памятуя о том, во сколько обошлось посещение столичного кафе, ни за какие коврижки не сунусь в магазины в центре города. С дружелюбной улыбкой запросто обдерут как липку. Уж лучше схожу в квартал невидящих, получится гораздо дешевле.

- Дай список, - протянул руку Мэл, не оборачиваясь.

- Не дам. Я пойду в другую аптеку.

Мелёшин развернулся ко мне и потребовал:

- Дай список.

Ведь не отвяжется. Пришлось расстегнуть куртку и достать из кармашка юбки сложенную записку Севолода.

- На. Но учти, буду сама покупать.

Мэл, не читая, взял бумажку.

- Согласен. Пошли.

- Куда? - растерялась я.

- В ""Аптечный рай"". Сказала же, что сама купишь необходимое, - повторил он терпеливо.

- Я не это имела в виду, - запуталась в объяснениях. - Я хотела сказать, что сначала решу, когда и где.

- Папена, ты сейчас выйдешь из машины, пойдешь со мной в аптеку, и мы купим нужные препараты, - приказал Мелёшин.

- Здесь дорого, - привела я неопровержимый довод. - Лучше в другое место схожу, там дешевле получится. К тому же, у меня сейчас нет денег.

- Твое дело складывать лекарства в корзинку, поняла? - сказал раздраженно Мэл. - Остальное - моя забота.

- Ну, уж нет, - запротестовала сипло. - Не куплюсь на твои подачки.

Мелёшин ударил с силой по рулю, отчего я дернулась, испуганно моргнув.

- Похоже, ты совершенно не понимаешь, что могла умереть! - воскликнул он и потер лоб. - Не хочешь понять, что я своими руками чуть не отправил тебя на тот свет.

Я притихла, медленно, но верно проникаясь словами Мэла о том, что вчера могло случиться непоправимое, и тогда он сидел бы уже за решеткой, а я не выводила его из терпения своим упрямством; отец подыскивал бы дешевое кладбище, и мама так и не дождалась меня.

Судорожно сглотнула, и горло отозвалось болью. Мелёшин потряс бумажкой:

- Это самое малое, что могу сделать для тебя, Эва. У меня, знаешь ли, тоже есть совесть, которая не дает спать ночами.

- Ладно, Мелёшин, пойдем, - согласилась после недолгого раздумья.

- Кстати, у меня и имя есть.

- Знаю, - открыла я дверцу и выбралась на морозный воздух, чтобы скрыть замешательство.