Sindroma unicuma. Книга 2.

На вершине сказочной снежной горы горела одинокая свеча в виде буквы ""А"", и по пляшущим бликам я вдруг заметила, что за окном начало темнеть. Мальчишки захихикали, перешептываясь, а Альрик, снисходительно улыбнувшись, задул огонек и разрезал ножом шедевр кулинарии. Гости захлопали, еще раз поздравили именинника, и мальчишки пустили салют из мелких бумажных клочков, засыпав ими стол. Сдалось мне, на эффектное конфетти были изорваны последние научные записки профессора. Я посмотрела на бесстрастного Альрика. Наверняка он знал, что ценные наработки следует держать подальше от малолетних вандалов, и предусмотрительно спрятал в тайное место.

Зажгли люстру, и в столовой стало уютнее. Каждый получил по внушительной порции торта, но не успела я съесть и двух ложек, как блюдо опустело, причем мужчины докладывали себе по два и по три куска. Еще бы, попробуй, прокорми исключительную мышечную массу сухариками и ключевой водой. Маленькая Сибилла увозила мордашку и нарядное платьице в креме, и мать увела её за руку, чтобы умыть и привести в порядок.

После чаепития мой живот надулся как арбуз, и я тайком икнула от переедания. Первыми откланялось и ушло шумное семейство сестры профессора со всеми имеющимися племянниками. Следом попрощались Лейв с женой, и остались мы втроем: я, Альрик и его матушка.

- Чудесный праздник, - поблагодарил он мать. - Ты, наверное, устала. Приляг, отдохни.

- Вот еще, - фыркнула женщина. - Сейчас быстренько перемоем посуду, и поеду домой.

- Я прекрасно справлюсь сам, - попробовал настаивать именинник.

- Эвочка, поможете? - обратилась женщина ко мне, проигнорировав последний аргумент.

- Конечно, - кивнула я, посмотрев растерянно на профессора, и поймала его сочувственный взгляд. Меня проводили на кухню, где матушка Альрика взялась споро перемывать тарелки, а я протирала их и составляла стопочкой. Мужчина занялся тем, что приносил грязную посуду из столовой.

- Альрик, когда вилки и ложки сами будут появляться в раковине, чтобы не приходилось бегать за ними? - посетовала Медея Артуровна, проявляя беспокойство за больную ногу сына. - Помнится, ты работал над этим вопросом.

- Еще работаю, мам, - поцеловал ее в щеку Альрик, составляя фужеры в мойку. - Непрерывно работаю, а заодно над тем, чтобы они вообще не появлялись в раковине.

- Как так?

- Представь, зачем тратить время на мытье? Надо придумать посуду, которая бы самоочищалась без посторонних усилий.

Медея Артуровна показала на угвазданную тарелку:

- После Максима ни у одной посудины не хватит резерва, чтобы самоочиститься.

- Тогда проще вылизывать её, - добавил Альрик и получил от матери шутливый шлепок по плечу.

- Нет уж, лучше мыть, - покачала она скептически головой. - Так надежнее.

Не удержавшись, я рассмеялась.