Sindroma unicuma. Книга 2.

Бесснежные проспекты центра сменились белизной окраинных улочек с сугробами, наметенными по обочинам дорог. Доехав до ограды института, Мэл свернул в квартал, следуя моим указаниям, и снизил скорость. Я оглядывалась по сторонам, высматривая подозрительные машины, следящие за нами, или странных личностей, караулящих из-за углов или кустов.

Район выглядел заспанным и тихим. Субботним утром лишь редкие прохожие отважились высунуть носы на улицу, спеша по делам. Мэл, сделав круг около небольшого скверика, припарковался у входа в ремонтную мастерскую. Я решила выскочить пулей из машины, быстренько убедить Олега поехать в общежитие и также быстро вернуться обратно, как вдруг Мэл, заблокировав дверцу, потребовал:

- Признавайся, о чем думала.

- Ни о чем, - сказала я с честным лицом.

- Всю дорогу думала и кусала губы, - поделился он наблюдением. - И краснела. Пока не скажешь - не выйдешь. Итак?

- О тебе, - не стала я возражать и потупилась.

- Обо мне? - посмотрел Мэл на мои губы. - Покажи, как думала.

И я показала, притянув его к себе, а Мэл не отказывался и охотно согласился с моими раздумьями. Точно, не менее пяти минут соглашался.

- Хорошо думала, - сказал, отдышавшись. - Почаще так думай. Пошли.

Не успела глазом моргнуть, как хлопнула водительская дверь, и он выбрался из машины, разминая ноги. Я тоже выскочила наружу.

- Немедленно забирайся обратно, - начала подталкивать его в сторону автомобиля, боязливо озираясь по сторонам. Опасности могут подстерегать и на пустынной улочке, например, кирпичи с неба или отпиленная сосулька с крыши. - Тебя же увидят!

- Успокойся, - отмахнулся Мэл. - Неужто меня поджидает снайпер на крыше?

Охнув, я вцепилась в него.

- Не переживай. Пошли за мастером, - потянул Мэл к мастерской.

Стойка пустовала, но едва мы с топотом ввалились в помещение, как из-за шторочек возник Олег.

- Здравствуй, Эва, - поприветствовал меня и, заметив Мэла, вежливо поздоровался: - Доброе утро.

Тот не стал высокомерничать и с дружелюбным видом протянул руку, которую молодой человек пожал. Мэл притянул меня к своей груди и обхватил по-хозяйски. Несмотря на радушие, чувствовалось, что он напряжен.

Возникла неловкая заминка. Однако придется затевать знакомство.

- Это Олег. Мастер с большой буквы, у него золотые руки. - Олег, смутившись, махнул рукой, мол, его умения преувеличены, а я заверила: - От таланта не отмахнешься. А это Мэл... Егор. Мой... парень, - взглянула на Мэла неуверенно, и он подтвердил, поцеловав в щеку, и еще крепче прижал к себе.

Я рассказывала о приключившейся беде с дверью, а сердце пело. ""Это Мэл... мой парень"". Мой! И он не против! Проблема с замком казалась теперь пустячной и незначащей по сравнению с тем, что в груди росло горячее и трепетное чувство, заливавшее меня нежностью.