Sindroma unicuma. Книга 2.

С каждым проникновением глубже, быстрее, сильнее, яростнее. Тело к телу, дыхание к дыханию. Мы вдвоем, а мир подождет.

- Эва-а... - со стоном выдыхает Мэл. - Не могу больше... Давай, девочка...

Нарастает. Нарастает, взбираясь на пик, и, балансируя на вершине, замирает на мгновение. Весь мир замирает вместе со мной, а потом обваливается лавиной и стремительно катится вниз, сметая по пути.

Вспышка в глазах выключает свет и звуки. Я слепну и глохну от невыразимой сладости ощущений, разливающихся по телу. Бессильно откидываюсь на стол, не желая отпускать рухнувшего на меня Мэла.

Истома растекается по мышцам, нега превратила мысли в кисель. Время потерялось, запутавшись в удовольствии.

Почувствовав, как Мэл отстранился, я вяло посмотрела на него.

С замедляющимся, но еще шумным дыханием он разглядывал меня, опершись руками о столешницу. Обвел пальцами контур моих губ, спустился вниз по шее, между ключицами и по ложбинке до пупка. Тело отозвалось мелкими спазмами - отзвуками пронесшегося урагана.

Я сипло хихикнула.

- Щекотно.

Мэл поцеловал пупочную ямку, и я снова рассмеялась, отпуская его из замка обхвативших ног. Он двинулся на нетвердых ногах вдоль стола и налил в высокий стакан воды из графина, расплескав половину. Жадно осушил, не замечая, как тоненькая струйка потекла мимо рта на грудь. Еще плеснул воды в стакан и махом влил в себя.

Глядя на него, я сглотнула, почувствовав, как в горле гуляет суховей.

Мэл снова наполнил стакан и более уверенной походкой двинулся ко мне. Протянув руку, помог сесть и ждал, пока я с дрожащими руками пила дырявым ртом и облилась не меньше его самого.

- Спасибо, - поблагодарила, утерев губы. Посмотрела на него и смутилась. Мэл заметил.

- Ты опять покраснела. Жалеешь?

- Нет. Это было... - застопорилась я, не в силах подобрать подходящий эпитет, - великолепно!

- Да, это было круто, - признал он и, притянув меня за шею, затяжно поцеловал, словно поставил точку.

- У меня такого ещё не было, - призналась я, отдышавшись. - Спасибо.

- Тебе спасибо, Эва.

Я провела по щеке Мэла. Жаль, не успела попросить, чтобы не брился. Посмотрела на него, с полуспущенными брюками, на себя, раздетую и с задранной юбкой, и опять засмущалась. До сих пор никто, кроме Мэла, не проникал в мое личное пространство и не забирался клещом в голову, вытравливая глубокий след в сердце. Воображение тут же нарисовало произошедшее между нами в виде расцветшего экзотического цветка, сбившего пряным ароматом мои ориентиры. Как теперь вести себя друг с другом? Оставаться друзьями - приятелями?

- Ты голодная, к тому же дважды не пила сироп. Взамен будешь интенсивно питаться, - заключил Мэл.

Он привел себя в относительный порядок: набросил рубашку и застегнул брюки. Мне же принес знакомую футболку с надписью ""Моё! "" и помог слезть со стола.