Книга украденных детей. Американская история преступления, которое длилось 26 лет

После встречи в Арканзасе отношения с матерью начинают значить для Стивена намного больше, чем он мог ожидать. Теперь он хочет проводить с ней как можно больше времени, поэтому решает остаться в маленьком городке. «Внезапно я понял, что хочу жить рядом с ней», – говорит Стивен. Смайли, всегда заботливый и понимающий отец, дает свое благословение. «Он всегда позволял мне делать то, что я хочу». Стивен уходит из шоу Смайли и на полгода остается жить с Рут и ее четвертым мужем.

Однако, не имея стабильного заработка, Стивен снова возвращается в шоу Смайли во время Всемирной выставки в Сиэтле. Рут дает ему свою машину, чтобы он мог перевозить прицеп с аппаратурой. Они постоянно созваниваются и переписываются, и раз в год Стивен приезжает навещать ее. «Кажется, они хотели, чтобы я помог им влиться в шоу-бизнес», – иронично отмечает Стивен.

После встречи Стивена с биологической матерью Даллас также начинает переписываться с Рут. «У меня было две матери, которые общались друг с другом», – в голосе Стивена слышится удивление. Он называет обеих своей мамой и считает каждую из них по-своему значимой. Обе эти женщины – часть его истории, отражение множества жизней, переплетенных по капризу Джорджии Танн.

Дочь Стивена, Элизабет, близка с его приемной матерью, но растет рядом с родной. Она с сочувствием отзывается о Рут: «У меня с ней были прекрасные отношения… Я знала ее довольно хорошо. Я могла спросить ее абсолютно обо всем. Она не хотела отказываться от него. В конце концов, это был ее первый ребенок».

Рут призналась ей: «Я просто молилась, чтобы однажды увидеть его».

Элизабет говорит, что ее отец – точная копия своей биологической матери, вплоть до рыжего цвета волос, которые он так ненавидел в детстве. Они напоминали ему морковный торт на день рождения.

«Это сходство невозможно не заметить», – добавляет Элизабет. Многие вещи теперь становятся понятны. На старые вопросы нашлись наконец ответы. И все же, когда Элизабет пытается найти других родственников, отец предостерегает ее. «Он попросил меня вылезти из этой банки с червями». И, как оказалось, был прав: не все биологические родственники были настроены на возобновление отношений.

Причина, по которой, как говорит сам Стивен, он решил не связывать своих приемных братьев и сестер с их родными семьями, проста: это должно было быть сугубо личным решением. «Узнав, кто я такой и откуда родом, я также нашел информацию о биологических родителях двух моих сводных сестер и брата. Но они не захотели ничего знать». И тогда Стивен сжег всю информацию, убежденный, что не имеет права вмешиваться не в свое дело.

«Я не знал об этом, пока Рональд не сказал мне».