Книга украденных детей. Американская история преступления, которое длилось 26 лет

Бесс рассказали, что ее приемный отец после перенесенной болезни не мог иметь собственных детей. Молодая женщина очень близка со своей тетей, сестрой матери, но та тоже хранила все в секрете. Теперь тетя Бесс говорит Саре: «Я же просила тебя все ей рассказать».

Возмущена ли она до сих пор их коллективным молчанием? «О нет, нет и нет». Она пошла к психотерапевту и проработала это. «И я не сердилась на свою мать. Это уже не имело значения. Все встало на свои места. Но я просто безумно зла на Джорджию Танн…»

Однако новостью о рождении Бесс секреты не исчерпываются. «Я знала, что родилась в Теннесси, и мое сердце всегда было там. Я всегда думала о Теннесси… Я всегда считала себя южанкой. Это было чем-то странным и необъяснимым – моя тяга к Теннесси», – признается она.

Саре она объясняет: «Я не ищу свою биологическую мать. Я ищу свою сестру». Однако поиски изматывают и разочаровывают ее. Оказалось, что ее родная мать использовала разные имена в документах об усыновлении. В запутанных семейных архивах она иногда возникает под именем Валерии, но каждый раз – с новой фамилией.

В один из дней она совершает открытие: у нее есть старший брат по имени Джим!

«Я закричала на всю улицу: «Я нашла своего брата!» – вспоминает Бесс. – Он жил в Аризоне, я позвонила ему в день его рождения. Простуженный, он сидел дома. Он был ошеломлен… и очень счастлив».

Бесс становится активисткой движения за открытие доступа к архивам ОДДТ. Она пишет письмо редактору местной газеты и связывается с офисом губернатора. «Я наконец-то смогла найти свою биологическую семью, – говорит она. – Слава богу, это было не в Нью-Йорке, потому что там я точно не получила бы никакой информации». Ее речь во время интервью начинают звучать все быстрее: «Я хотела, чтобы жители штата знали: нет ничего плохого в том, чтобы получить доступ к архивным записям. Когда вы достигаете определенного возраста, то имеете полное право знать правду».

Три дочери Бесс оплачивают поездку до Теннесси, чтобы она смогла встретиться со Сьюзен.

«Мы сели в самолет и полетели в Нашвилл, – вспоминает ее дочь Эмили. – Мы живем довольно скромно, но когда речь идет о таких важных вещах, деньги найти можно».

Первая встреча в аэропорту Нашвилла полна эмоций и драматизма и напоминает сцену из фильма. Бесс, которой на тот момент исполнилось тридцать восемь лет, одета в футболку с надписью: «Я нашла свою сестру». На Сьюзен, которой сорок два, – другая футболка. На ней написано: «А вот и я». «Это было так, будто мы шли навстречу друг другу в замедленной съемке и вокруг больше не было никого, – говорит Бесс. – Мы бросились в объятия друг друга. Я только услышала, как она прошептала мне: «Я тебя люблю».