Лес на той стороне. Книга 1: Золотой сокол

Она хорошо понимала, отчего Порелют так волнуется. – Я вообще замуж не собираюсь. Знаешь сказку про лесную девицу, Земляничку? Вот и я, как та девица, – я своего рода не знаю, и пока не узнаю, мне замуж идти нельзя, а то вдруг жених моим братом окажется?[36]

Стать героем сказки про лесную девицу Земляничку ни один молодец не захочет. Дивина ушла, а воевода еще некоторое время стоял, глядя ей вслед, не замечая насмешливых взглядов кметей и посадских. Светило солнце, на поверхности реки играли блики, и лес на той стороне шелестел листвой, тысячами глаз вглядываясь в причудливый и сложный человеческий мир.

Глава третья

Добравшись до Полотеска, прямо на пристани Зимобор попрощался с купцами.

– Ты, если вдруг что, приходи к нам, – сказал ему на прощание Зорко. – Может, весной на Варяжское море поедем, ты бы нам пригодился.

Зимобор поблагодарил, и купцы больше не уговаривали его остаться. Они и сами понимали, что такой человек в их дружине не на месте. Зорко даже послал Костолома проводить его до княжьего двора, хотя детинец был хорошо виден от пристани.

В отличие от Смоленска, хотя и большого, но неукрепленного поселения, Полотеск был настоящим городом[37]. На мысу в излучине реки Полоты возвышалась крепость, со всех сторон защищенная водой. Еще сто с лишним лет назад здесь соорудили вал вдоль кромки холма, покрытый красной глиной с большими булыжникам. Внутри детинца жила знать двинских кривичей и сам князь Столпомир.

Внутри широкого княжьего двора шло настоящее сражение, но Зимобор вошел без малейшей тревоги. В эти утренние часы и в Смоленске все княжеские кмети были заняты упражнениями, и сам он столько лет следил, чтобы никто их не пропускал. Впрочем, ленивых было мало: любители в мирное время поваляться на полатях в первой же битве лягут уже навсегда – под землю. Кмети в стегачах и в шлемах, несмотря на жаркий день, рубились мечами и топорами, то один на один, то парами, то строй против строя. Десятники стояли в стороне, наблюдали, покрикивали, давали советы. В другом углу двора дрались врукопашную. Стоял крик, лязг железа, треск деревянных щитов, ругань, то радостные, то возмущенные, а то и болезненные вопли.

Зимобор постоял у ворот, невольно улыбаясь, словно попал после долгой отлучки в родной дом. Лица были незнакомые, а в остальном все точно так же, как в Смоленске. Даже выражения висят в воздухе те же самые – вон какая-то девушка в верхнем окошке выглянула, посмотрела и спряталась. Правильно, Избрана тоже всегда приказывала на это время свои окна закрывать наглухо."

"– Эй, брат, где ваш сотник? – окликнул Зимобор ближайшего кметя, который, выскочив из драки, зубами выгрызал засевшую в ладони занозу от разбитого щита.