Лес на той стороне. Книга 1: Золотой сокол

Зимобор негромко окликнул ее – ему казалось, что ходить туда вовсе не следует, – но она все-таки дошла до хлева, осмотрела черное пятно ожога, оставшееся на бревне, потом нагнулась и стала искать что-то внизу. Зимобор сообразил, что она ищет свое огниво, и подошел, чтобы помочь. Но Дивина уже подобрала огниво и пошла в дом.

В избе она села и закрыла лицо руками. На столе перед ней лежали огниво и венок – ничуть не измявшийся в превратностях этой ночи, такой же пышный, свежий и благоухающий.

– Кто бы подумать мог! – бормотала она, и в голосе ее слышалось отчаяние. – Кривуша! Кому бы на ум пришло! Матушка Макошь!

– Ты что, ее знаешь? – Зимобор сел напротив. – Эту, горбатую? Ее так зовут?

– Знаю… Да. Я… я тебе после расскажу. Иди к себе. – Дивина опустила руки, вид у нее был усталый. – Спать пора. Хватит уж на сегодня!

– Может, я лучше здесь, с тобой? Пока Елаги нет… – начал Зимобор и осекся, сообразив, что именно сейчас, пока зелейницы нет, ему вовсе не следует ночевать под одной крышей с ее дочерью. – Да я же не про то, я же…

– Постой! – Дивина перебила его. Ее взгляд был прикован к венку на столе. – Что это?

Зимобор молчал, не зная, что ответить. Дивина, разумеется, видела венки и понимала, что это за вещь. Как и понимала, что ландыши уже месяц как отцвели и взять такой свежий венок совершенно негде. Простому смертному, конечно.

– Откуда это у тебя? – Она потянулась было к венку, и хотя прикоснуться не решилась, Зимобор перехватил ее руку:

– Подарили. Не трогай лучше.

Дивина не спросила, кто подарил. И так было ясно, что не просто какая-нибудь подружка, оставшаяся в Смоленске. Опираясь подбородком на руки, она смотрела в лицо Зимобору. Венок лежал на столе между ними и разливал во все стороны свежее, торжествующее благоухание, даже светился, точно отражая свет невидимой луны. Зимобор почему-то был уверен, что подарившая его – сейчас здесь, с ними, и видит их.

А в глазах Дивины отражалась странная смесь – понимание, сожаление и нечто похожее на облегчение, которое дает определенность, даже самая неприятная.

– Понятно… – прошептала Дивина и закивала. – Все понятно… Ты ее нашел, дурья голова, или она тебя нашла?

– Кто?

– Так вила же. Ты не женат, не обручен, красивый парень… Матушка Макошь, да почему же ты до таких лет не обрученный, что ж тебе мешало? Вот и попал!

Зимобор наконец понял: она решила, что он просто повстречался с лесной вилой, которые весной ходят по земле, чаруют своей красотой смертных парней и сводят с ума. Такие случаи бывают везде, и поэтому неженатым и необрученным парням не советуют весной ходить в лес в одиночку.

Он опустил глаза. Рассказать ей об умершей невесте? И что это даст? А рассказывать о Младине явно не стоит.