Господин следователь. Книга седьмая

— А почему на них должна отсутствовать одежда? — хмыкнул исправник.

— Кстати, а почему ее не изъяли?

— Снимать одежду с покойных? Так это же…

Исправник не нашел слов, чтобы пояснить — что такое снять одежду с трупов. Ладно, чего сотрясать воздух?

— Предположим, госпожа Никитская и землемер являлись любовниками, а муж их застал в самый неподходящий момент и застрелил. Вот здесь нам и нужен акт осмотра места происшествия, где указано положение тел.

— Не говорите ерунды! — хлопнул ладонью по столу исправник. — Госпожа Никитская — порядочная женщина. Ее муж — майор в отставке, Николай Александрович Никитский уважаемый человек, он имеет поместье. И он непременный член уездного присутствия, помощник Предводителя дворянства. Совершенно очевидно, что землемер собирался ограбить дом господина Никитского, на свою беду наткнулся на хозяйку. Убил ее, а потом покончил с собой.

— То есть, других версий вы даже и не рассматривали? — поинтересовался я.

— А какие версии? В дом уважаемого человека зашел разбойник с большой дороги? Откуда он у нас возьмется? У нас, господин коллежский асессор спокойный уезд. И откуда бы тогда появился землемер? Все очевидно.

Ну да, ну да. Все просто и очевидно.

— Судебно-медицинского акта нет, значит, вскрытия не проводилось. А как вошла в тело пуля? — задал я вопрос, сам же на него и ответил: — Значит, придется проводить эксгумацию тел.

— А кто вам позволит проводить эксгумацию? Господин Никитский не позволит вам выкапывать тело своей любимой жены.

Волнует меня, что мне позволит Никитский, ага. А исправник еще пытается изображать большого начальника? Ну-ну…

Посмотрел прямо в глаза исправника и тихонько сказал:

— Я выпишу ордер — право такое имею, как исправляющий некоторые обязанности Окружного прокурора, а вы все организуете. И как полицейский начальник, распорядитесь о проведении судебно-медицинской экспертизы. Уж будьте добры.

Исправник принялся возмущаться. Кажется, он даже пытался топать ногами, хотя сидя это делать не слишком удобно. Подождав, когда тот проорется — хрипло как-то, неубедительно, я кивнул и принялся давать указания.

— Теперь, господин исправник, запишите — что мне от вас потребуется.

— Да как вы… — начал Сулимов, но я его не дослушал:

— Да-да, осмеливаюсь. Не стану вас пугать карами небесными, но поверьте, вам лучше сейчас все бросить и начать мне помогать. Иначе…

Я посмотрел в глаза «уездного воеводы» и он под моим взглядом сломался. Все! Созрел.

— Господин Зайцев, помогите господину исправнику — дайте ему карандаш и бумагу.

Взял господин уездный воевода карандаш. И лист бумаги перед собой положил. И правильно, одно дело делаем."

"— Во-первых, мне нужен кабинет, чтобы допрашивать свидетелей и возможных подозреваемых.