Несбывшаяся жизнь. Книга первая

Лиза тогда засмеялась, а мам-Нина пошла красными пятнами, расстроилась, аж руки затряслись, а потом заревела.

Лиза слышала, но утешать не стала. Даже не посмотрела в ее сторону.

А вот Полечка утешала. Гладила мам-Нину по голове, утирала слезы, а потом налила по рюмочке наливки, и через полчаса Лиза услышала смех: рассыпчатый, дробный – Полинин, и кудахтающий, квохчащий, сухой – мам-Нинин.

Ничего ее не сломило: ни тяжелое детство, ни смерть матери, ни неудачный брак с Риткиным отцом, ни напряженная работа. Все делала, все успевала, да еще с удовольствием и с улыбкой.

После ссор с соседкой мирилась первая:

– Нин! Ну ты чего? Ну потявкались, и хорош, родные ведь люди!

Отходчивая. Со всеми находила общий язык.

А если задуматься – счастья-то не было. Мужа любила, а он оказался дерьмом. Ритку баловала, а та предала. Васильич? Нет, к Полечке он относился прекрасно. Ценил ее, только… Взял, чтобы использовать. Чтобы готовила, обхаживала. А вон как вышло… Сколько ей выпало покоя и счастья? Месяц, год?.. А потом – Ритка и болезнь. Да кто бы остался после такого целым и невредимым?

«Мой единственный близкий человек, практически родственник, – думала Лиза, – на глазах которого прошло мое детство. Детство и юность, слезы и беды… И всегда – всегда! – Полечка подхватывала меня и не давала упасть».

У гроба стояли Лиза и Дымчик.

Васильича на похороны не взяли: узнав о смерти Полечки, он окончательно слег. В траурный зал зашла высокая стройная дама в шляпе с полями и в темных очках.

«Стелла? Да, Стелла…»

Лиза видела, как дернулся Дымчик.

Стелла подошла к гробу, положила цветы и сняла очки.

– Что смотрите? – повела плечом Стелла. – Жена моего брата. Какая ни была, а жена.

Никаких речей не было, только несколько сбивчивых Лизиных слов.

– Спасибо, Полечка… И прости.

Громко вздохнув, Дымчик хлюпнул носом – и с испугом глянул на мать.

Та, стройная и прекрасная, как голливудская дива, затянутая в черный шелк, сложила в замок руки в черных перчатках.

Гроб с Полечкой уехал в разинутую красную пасть печи крематория.

Дверца закрылась, и провожающие направились к выходу.

– А поминки? – закуривая, осведомилась Стелла. – Как не помянуть, мы ж русские люди. А там и поговорим.

Лиза с Дымчиком переглянулись: поминки? Они не планировали. Думали вернуться на Кировскую, отпустить соседку Катерину, сидящую с Анютой, выпить вина за помин души рабы божьей Полины, вот и все поминки. После этого надо было возвращаться в реальную жизнь.

– Как это не планировали? Это не по-людски, не по-христиански. Ресторан. Я приглашаю вас в ресторан. Там и поговорим, – повторила она. – Есть о чем, правда?

Сели в машину и поехали. Куда – не спрашивали. Машина остановилась возле ресторана «Националь».

«Ну да, никак не меньше „Националя“! – подумала Лиза.