14 ночей с монстром

Потом разрешили двигаться и все время отслеживали состояние. Эта гиперопека даже начала раздражать. На исходе второй недели началась тошнота. Я совершенно не могла ничего есть, постоянная рвота, с утра до самого вечера, усталость, апатия. Снова анализы и удовлетворенный взгляд молчаливых врачей.

Следующие два месяца были жуткими. Постоянные капельницы, рвота, головокружение. Мне казалось, что я умираю и жить осталось совсем недолго. Но потом все резко изменилось, появился аппетит и настроение резко пошло в гору. И меня снова перевели… к таким же беременным.

— Вас было много? — вырвалось у меня невольно.

Рассказ хранительницы так зацепил, что я перестала прятаться за дрейгом, пристально смотря на нее.

— Пять. Я встретила там свою подругу, которая пропала пятью месяцами ранее. Она уже ходила с огромным животом, — отозвалась Микелла. — Она то и сообщила мне о беременности. Сначала это был шок, ужас, паника. А потом радость. Я так полюбила своего ребенка, так обрадовалась его существованию. Я ведь уже больше не была одна. Я разговаривала с животом, рассказывала сказки, пела песни, придумывала имена. Верила, что все будет хорошо. Подруга уже успела родить чудесную девочку, которую назвала Дэни. Их сразу перевели в новый бокс, но мы успели попрощаться. Поэтому я нисколько не сомневалась, что у меня будет так же.

Женщина замолчала и потянулась к стакану, но Диррен опередил ее. Сам налил воды и вручил ей. Сделав глоток, хранительница закрыла глаза и снова продолжила:

— Когда начались схватки, меня снова ввели в сон. Как же я сопротивлялось. Мне хотелось родить самой, услышать первый крик моего ребенка. И желание было такой силы, что я вновь и вновь просыпалась. Всего на пару секунд, но просыпалась, слышала голоса… а потом и крик. Такой жалобный, но такой громкий. А потом снова отключилась.

Она сглотнула, пытаясь найти в себе еще силы, чтобы закончить рассказ.

— Может стоит передохнуть? — обеспокоенно спросил дрейг.

— Нет, — Микелла ласково улыбнулась мужу и продолжила. — Когда я очнулась и попросила принести дочь, сообщили, что она родилась мертвой и что ее крик мне лишь приснился. Галлюцинация, вызванная наркозом. Я не поверила, кричала, требовала… пока они не показали мне ее тельце… такое крохотное, маленькое. Но даже после этого я отказывалась верить. Они делали уколы, приводили психолога, но… мне было так больно, что я просто отказалась жить. И в какой-то момент пыталась покончить с собой. Спасли меня чудом… а потом эту базу нашли дрейги. И все изменилось. Но я ни на секунду не забыла свою дочь, ни на мгновение.

Рассказ закончился и наступила тишина. Неловкая, тягучая.

— И вы думаете, что это я? — отозвалась едва слышно. — Мне жаль вас, я сочувствую вашему горю, но только это невозможно.