14 ночей с монстром

Успокойся. Я не могу видеть твоих слез.

Дрейг позволил мне выплакаться, нежно поглаживая по спине и что-то шепча на незнакомом языке. И ветер пустыни ласкал нас своим теплом, вторя словам легким шорохом.

— Мы отомстили за Аркатар, — продолжил Элгар отстранено. — Но облегчения это не принесло. Войне плевать на победителей и побежденных. Ей нужны лишь жертвы. Поэтому мы остались на Тэросе, поэтому хотим все изменить. Нельзя допустить, чтобы подобное снова повторилось.

— Но люди должны знать. Нельзя это скрывать и замалчивать, — чуть отстраняясь, отозвалась я и шмыгнула носом.

— Надо было делать это с самого начала. Сейчас уже поздно. Никто не поверит.

— Никогда не поздно. И они поверят.

— Это не в моей власти.

Я кивнула и снова прижалась к нему, растворяясь в его тепле и неожиданной нежности.

— Нет, дай сказать. Прости меня. Если бы я только знала об этом.

У меня ни на секунду не возникло сомнений, что песок показал правду. Что это не мираж, не навязанное ведение, которое не имеет ничего общего с действительностью.

Тень, которая была частью меня, или я частью ее, подтверждала каждое слово, плача и тоскуя вместе со мной.

— Нам пора возвращаться, Софи. Тебе нельзя долго контактировать с песком. Это может быть опасно.

Я кивнула, нехотя выбираясь из его объятий, и снова взглянула на памятник уничтоженному городу.

— Когда-нибудь я вернусь сюда. Вернусь и отдам дань уважения погибшим, — пообещала я едва слышно, смахивая крохотную слезинку с щеки. — Не тень, а я сама. Живая и реальная.

— Мы сделаем это вместе, — поддержал меня Форр. — А теперь дай мне руку и закрой глаза. Пора вытаскивать нас отсюда.

Я послушно выполнила просьбу.

Толчок в грудь, болезненный вздох и ощущение собственного тела, которое сейчас казалось невероятно тяжелым и неповоротливым. Воздух заклокотал в груди, песок заскрипел на губах и зубах. Я раскашлялась, тяжело дыша и едва удерживаясь на ослабевших ногах.

Элгар, который явно чувствовал себя гораздо лучше, чем я, легко подхватил меня на руки и вынес на берег.

— Ничего. Нормально.

— Ты умничка, Софи. Очень хорошо все перенесла, — улыбнулся дрейг, плюхаясь рядом.

— Это ведь был не сон, да? — глядя на спокойную гладь песка, спросила у него. — Аркатар, стела, твой отец?

Кивнула и произнесла едва слышно:

— Надеюсь, когда-нибудь наши народы найдут в себе силы простить друг другу эти боль и слезы.

— Когда-нибудь так и будет.

Стряхнув с себя остатки песчинок, которые ну никак не желали отлипать, мы снова оделись в комбинезоны, привели себя в порядок, насколько это было возможно, и двинулись в обратный путь.

— Ты уверен, что в наставницы мне стоило определить именно хранительницу? — неуверенно произнесла я.

— Я в сравнении с ней просто пешка, букашка, которая ничего не знает.