14 ночей с монстром

Близость с Форром я еще могла понять, но эти сестринские отношения казались отчего-то даже хуже и фальшивее. Близость с Элгаром можно было объяснить страстью и желанием, даже игрой тени, а вот другим отношениям оправдания не было. И притворяться я бы не смогла.

— Но лучше, чем делиться живительной энергией с убийцей собственного отца, — отчеканил Аррат, пристально смотря мне в глаза.

Я не сразу поняла, что он сказал. Поняла, но не поверила, слишком неожиданной, как удар хлыста прозвучала фраза.

— Это Элгар Форр убил твоего отца. Лично, — повторил дрейг, подаваясь вперед и весь подобрался, словно готовился к прыжку. — Про это он тебе тоже не сказал?

— Мой отец погиб в результате несчастного случая, — ответила я.

— Ложь. Неужели ты настолько наивна, что готова поверить в несчастный случай? О нет, Фил Трэкот всегда ходил по краю и в какой-то момент переступил черту, после чего от него с превеликим удовольствием избавились.

— Отчего же не сделали это раньше, если он так долго мешался?

— Политика. Роль мученика, умершего за правое дело всегда раздражает и мешает. Но шесть лет назад все изменилось. Такие знаковые фигуры исчезают по четко отработанной схеме, София, при личном участии правящего А'Рэ.

— Это была авария, — упрямо повторила я. — И А'Рэ никак не мог сделать это лично.

Если бы Форр оставил хоть какой-то след, мать бы за него уцепилась и не отступила, пока не изваляла имя А'Рэ в грязи. Я точно это знала.

— Мог. И сделал это. Собственноручно. Можешь сама у него спросить.

Последнее предложение звучало более чем странно.

— Спросить у А'Рэ? — с тихим смешком поинтересовалась я. — И он ответит мне честно? Так мол и так, это я убил твоего отца?

— Ты же сможешь определить, когда он говорит тебе правду, а когда ложь. Насколько я понял, — подавшись вперед и жадно вдыхая через нос, произнес Аррат. — Ваши отношения совсем недавно перешли на новый уровень. Теперь ты сможешь чувствовать его.

Чувствовать? Как он меня, когда так неожиданно читал мысли? Возможно.

Только хотела ли я этого. Тут в собственных мыслях и чувствах разобраться сложно, а это сверху еще чужие. Нет, не хочу. По крайней мере, пока.

Вроде все правильно и направление мыслей было верным. Только несмотря на это, думала я совсем о другом.

Смотрела в черные, торжествующие глаза дрейга, который даже не думал скрывать ликование, считая, что смог меня убедить, и вспомнила вечер, когда в последний раз разговаривала с отцом.

— Все, хватит! Поиграла в дочки-матери и достаточно, — входя в спальню, безапелляционно заявил он и чуть сморщился, когда Айрин завозилась у меня на руках.

Малышка уже третьи сутки мучилась от колик и плохо спала по ночам. Да и днем тоже. И я вместе с ней.