14 ночей с монстром

Эта вещь не должна касаться моего ребенка! Не должна!

Дрейг? Ненавижу его! Ненавижу! Как он посмел так поступить? Как?! Эта гадость не должна касаться ее! Только не ее!

Форр буквально силком оттащил меня от испуганной дочери, несмотря на отчаянное сопротивление.

— София! — рявкнул мужчина до синяков сжимая плечи и встряхивая! — Немедленно успокойся!

— Сними с нее! Сними! — кричала я в ответ, задыхаясь от ужаса. — Немедленно!

— Ты пугаешь ребенка!

Я открыла рот и закрыла, застыв в его руках. Словно очнулась.

Перевела взгляд с его лица на свою малышку и в отчаянье прикусила губу.

Айрин боялась. Меня. Прижимала золотистые от песчинок ладошки к груди и смотрела на меня с таким ужасом, словно я была каким-то жутким монстром.

Что с ней стало? Что со мной стало? Почему все так?

— Айрин, — позвала дрожащим от непролитых слез, голосом. — Прости меня. Прости, солнышко, я не хотела тебя напугать.

Нижняя губка дрожала, бровки были нахмурены, а в изумрудных глазах стоял такой укор, что сердце дрогнуло.

— Он хороший! — выкрикнула она упрямо и даже ножкой топнула.

— Конечно, хороший, — уверил ее дрейг, с улыбкой поворачиваясь и осторожно отпуская меня. — Мама, просто немножко испугалась и все. Не выспалась, наверное.

Я сглотнула, вспомнив причины своего не высыпания и кивнула.

— Да. Устала. И есть хочется. Ты составишь мне компанию?

Надо было как можно скорее убрать песок с ее рук и увести отсюда.

Айрин не спешила отвечать, вопросительно взглянув на мужчину, словно спрашивала совета. У дрейга! Моя дочь спрашивала совет не у меня, а у кого-то другого! Как вообще такое возможно?

Почему я никак не могла избавиться от мысли, что теряю ее? Особенно, когда смотрела в чужие изумрудные глаза?

— Уже должны были привезти десерт, который тебе обещал Кайл, — отозвался Форр, присев перед моей дочерью на корточки и поправив золотистый локон, который упал на румяную щечку. — Ты же так хотела его опробовать.

— Да, — закивала Айрин. — Хочу.

— Но песок надо оставить здесь. Он не может долго находиться вне колбы.

— А ты потом дашь еще с ним поиграть, — попросила малышка, проигнорировав меня и доверчиво протягивая ручки дрейгу.

— Если мама разрешит, — отозвался тот.

Повинуясь его мысленному приказу, песчинки сползли с рук Айрин к нему в ладони, где закрутились в невероятном вихре.

— Мам? Можно? — Айрин подняла на меня умоляющие глазки.

— Мы потом поговорим об этом, — уклончиво отозвалась я.

— Она не разрешит, — тут же надулась дочка, правильно расценив мой ответ. — А он такой хороший. Щекочет и разговаривает.

— Р-разговаривает? — запинаясь переспросила я, хватаясь за спинку ближайшего кресла, чтобы не упасть.

Ноги внезапно ослабели.

— Да. Он разговаривает. Я слышала.