Неудержимый. Книга XXXVIII

Она выглядела немного удивлённой, но молча кивнула. Я знал, что для неё это не так просто. Удержать свой аппетит, глядя на накрытый стол, дорогого стоит. Но было крайне важно, чтобы она понимала, что сейчас, в этой ситуации, важно быть предельно осторожными. В войне с врагом каждый союзник на вес золота.

А ещё я опасался, что она считает моё настроение по ментальной связи и решит перейти к ликвидации самых сладких противников. Нет уж, сперва я разберусь, что здесь происходит, а уже потом приму решение о том, как действовать дальше. Впрочем, я и так уже видел виновника столько серьёзных изменений."

"Потёмкин стоял в окружении десятка императорских гвардейцев, Щуки, Тамерлана и прочих военных. Они держались обособленно, создавая видимость изолированности от остальных, подчёркивая свою привилегированную позицию. Я обратил внимание на тёмно-зелёную броню, в которую были облачены гвардейцы. Как всегда — идеально! А если учесть, что и сами воины были все как на подбор высокими, то казалось, что подобной силе и вовсе равных нет. Вот бы ещё заглянуть, что там у них внутри, но увы, каждый из них был прикрыт глушилкой.

Мои друзья, хоть и не в полном составе, тоже стояли здесь, в окружении уже наших командиров отрядов. Да, выглядели они не очень, ну и что, скоро и у меня появятся крутые плюшки. Конечно, если Резак выполнит заказ и сделает комплекты брони.

Лица военных мне показались какими-то слишком напряжёнными. Похоже, им не нравилось абсолютно всё, что здесь происходило.

Я взял Белоснежку за ручку, и мы оба спрыгнули с крыши склада, где я припарковал свой болид. Быстрым шагом я направился к военным и внезапно осознал, что наш штаб уже был перехвачен и полностью оказался под контролем военных, но ничего, это дело поправимое… Хотел бы я сказать, но вместо этого…

— Ваше Высочество, — я не стал сдерживать улыбку, когда направился к Великому князю Потёмкину и сразу же слегка поклонился. — Чем обязан столь неожиданному и приятному визиту?

— Чёрный Егерь, — князь одобрительно кивнул, и его лицо слегка расплылось в улыбке. — А мы уж заждались! — его взгляд был тёплым и даже немного дружеским. — Кто-то даже ставки начал делать, мол, ты заблудился!

— Кто не верил, — я обратился к публике, — Вот он я, жив, здоров и невредим! Прошу любить и жаловать, — И всё же, Ваше Высочество, что-то стряслось?

— Приказ императора! Мы своих не бросаем! — весело пробасил Потёмкин, повернувшись и направившись в штаб. — Пойдём, расскажешь, что тут у вас стряслось…

Если бы у меня вместо головы был шарик, то он бы сейчас лопнул. Как только он произнёс эти слова, я ощутил странную волну раздражения.