Неудержимый. Книга XXXVIII

— А разве она уже не сорвана? — задала закономерный вопрос Луиза. — Они же буквально идут по нашим пятам.

— Верно, надо отходить, — вмешался Базилио, — выбираться отсюда, зарыться в какой-нибудь норе и переждать шторм. А потом будем думать дальше.

— У них Мария, — Луиза нахмурилась, её голос стал жёстким. — Мы должны её вызволить.

— И как ты это представляешь? — Вьюга вскинула бровь.

— Не знаю, — Луиза закусила губу, — но я должна остаться и попытаться что-то сделать.

— Ты с ума сошла, — Вьюга расхохоталась, но смех прозвучал сухо и зло. — Может, тебе к доктору? Очнись, девочка. Он убивает всех, кого считает причастными.

— Меня он не убьёт, — Луиза ответила спокойно и серьёзно, посмотрев прямо в глаза Вьюге. — Он влюблён в меня.

В комнате вновь стало тихо, даже дыхание остальных словно замерло.

— Ты готова пожертвовать своей жизнью ради подруги? — наконец нарушила молчание Вьюга, и в её голосе впервые прозвучало нечто похожее на уважение.

— А ты готова пожертвовать жизнью ради друга? — Луиза указала пальцем на Базилио без колебаний.

И вновь гробовая тишина. Никто из присутствующих не стал вмешиваться в эту дуэль взглядами.

— Хорошо, — наконец сдалась Вьюга, и её тон стал спокойнее. — Мы остаёмся и начинаем играть от Луизы. Если девушке удастся втереться в доверие к Станиславу, то мы узнаем его настоящие планы. А возможно, он доберётся до императора раньше нас.

— Т-там м-мы его и п-прикончим! — рявкнул Шикари, будто только этого и ждал.

— Вместе с императором, — Кисса прищурилась, уголки её губ дрогнули в хищной улыбке. — Мне нравится этот вариант.

— Делайте что хотите! — Базилио резко взмахнул лапами, в его голосе звучало раздражение. — Кучка ненормальных…

Глава 7

— Белоснежка… — я сосредоточенно посмотрел на девочку, попытавшись обратиться к ней по ментальной связи. — Белоснежка, просыпайся! — не услышав ответа, я повысил голос.

— Хозяин! Что-то случилось? — ответила она сонным голосом, но сразу же поднялась и начала вертеть головой, оглядываясь по сторонам."

"Интересно, как она вообще что-то видит, если у неё нет лица? Впрочем, сейчас это было совершенно неважно. Нам предстояло решить куда более серьёзную задачу, чем её восприятие. Чем ближе мы приближались к форту, тем больше я волновался о своих людях. Девочку нужно было научить какой-то системе свой-чужой, чтобы она никого не угробила ненароком. Но как объяснить ей, что к чему?

— Скажи, ты как-то различаешь меня и других… — я задумался, не зная, с чего начать. — Например, существ, которых ты собираешься поглотить?

Я пытался подобрать нужные слова, чтобы сформулировать свой вопрос, но, получалось не очень. Белоснежка понимала меня лишь частично, на самом примитивном уровне, словно маленький ребёнок.