Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

Знаю, он хотел сделать еще больнее, утопить, но вместо этого разбил оковы, стягивающие грудь.

   Впервые за время нашего с Артемом расставания меня перестает душить чувство вины за тот проклятый вечер. Да, я много сделала ошибок, разрушила нашу жизнь, обидела его. Нo теперь я могу хотя бы посмотреть ему в глаза, потому что любя, не предавала. Не разменивалась на других.

   И это придает мне сил. Словно открывается второе дыхание. Раньше даже не могла позвoнить Зорину, нормально поговорить с ним, потому что чувствовала, как отвращение к самой себе затапливает с ног до головы. Я слoвно вывалялась в грязи и не могла себе позволить даже приблизиться к Артему. Не могла и двух слов связать, потому что они казались нелепыми, пустыми. Не могла сказать, что люблю его, потому что это звучало как издевка, жестокая насмешка над нашими чувствами.

   А теперь... Я по-прежнему грязная, по-прежнему гадкая. Но твердо знаю, что на одну чудовищную oшибку у меня меньше.

   равильно говорят, что все познается в сравнении. Теперь еще больше убеждаюсь, что зря тянула время, зря не поговорила с ним. Я должна была сразу прилететь к Артему, как только отец открыл мне глаза на мои выкрутасы. ризнаваться во всeм, каяться, ползать у него в ногах. отому что Градов был чертовски прав – мы бы справились. ережили. отому что любили друг друга до безумия.

   А так получилось, что я не верила в нас, не доверяла Зорину. н ведь знал меня как облупленную, с первого курса. Знал, на что я способна, видел во всей красе и не раз.

   Я поеду к ртему, поговорю с ним. Чего бы мне этого не стоило. Если надо, буду ночевать у дверей, дежурить у подъезда, добиваясь встреч. Что угодно. Теперь я могу это сделать,и меня ничто не остановит. усть отмахивается,игнорирует, прячется. Я не отступлю. Костьми лягу, но докажу ему, что изменилась, что люблю его больше жизни.

   Нервничая и чуть дыша, набираю номер Зорина. В ответ тишина.

   Раз за разом. Весь день.

   Меня это раздражает, бесит, но я не сдаюсь. Он может игорировать меня сколько угодно. Я все равно не отступлю.

   осле обеда все-таки начинаю терять терпение. Боевой запал постепенно сходит на нет. Темка не откликается, хотя набирала его миллион раз.

   – Ну, пожалуйста, – гипнотизирую трубку горьким взглядом, – ответь мне.

   И тут, словно услышав мои мольбы, приходит сообщение.

   «Кристин, хватит названивать! Уймись уже, наконец! Надоела!»

   Словно ледяной водой окатили. Насколько чужое, раздраженное письмо. еред глазами образ сердитого Зорина, пишущего мне это послание.

   На глаза наворачиваются слезы. Только не реветь,только не реветь! Сейчас не до этoго. Не до завываний, не до жалости к себе несчастной.

   Торопливо собираюсь, хватаю ключи и выскакиваю из дома. Хватит звонков. Надо ехать к ему.