Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

   – Я, если честно,тоже спеклась, - Маша со стоном поднимается на ноги, отряхивается и, чуть пошатываясь,идет прочь от горок.

   Бреду следом, попутно отряхивая варежки,топая ногами, пытаясь сбить с себя снег. Бесполезно. Мне кажется, он везде. В ботинках, за шиворотом, даже в трусах. Зябко, сыро, но до невозможности здорово.

   Еле плетемся вперед, переставляя ноги, как две древние старушки. Наигрались, накатались, набесились. Сейчас точно приду домой, поем и спать вместе с Олесей лягу.

   – Какие планы на ближайшие дни? - интересуется Маша.

   – Сегодня, завтра – дома, а послезавтра к Маринке на юбилей идем.

   – Да, - киваю, скидывая с лица влажную прядь волос, выбившуюся из-под шапки, - пора уже ее с родственниками знакомить. Маринка и так в шоке будет от новости, устроит такой разнос, что даже подумать страшно.

   На самом деле совсeм не страшно. Знаю, что Ковалева вся изворчится, но знакомству с племянницей будет безмерно рада.

   – То есть Леська будет твоим подарочком?

   – Бантик к ней привяжешь? - смеется Маша.

   – Ага, еще в блестящую коробку посажу, и ленточкой обмотаю, – фыраю в ответ, представив солько тогда воплей будет от «подароча», – Я еще торт прикольный заказала. Марина такие вещи любит, а парни у нее в два счета любой пирог умнут. Так что, думаю, весьма кстати придется.

   – У меня завтpа днeм время свoбoдное есть. Могу отпустить, – бесхитpостнo пpедлагает Семенова, и я c радостью соглашаюсь, потому что действительно надо бы зайти в пару мест, а с ребеном на руках это неудобно.

   Раздается телефонный звонок. Чертыхаясь и бухтя под нос, стягиваю сырые варежки, потом расстегиваю куртку, лезу во внутренний карман, и, наконец, ухватив непослушными расными пальцами телефон, смотрю на экран.

   – Маринка, - хмыкнула, глядя на фоту сестры, - она как чувствует, что о ней говорим.

   Пытаюсь ответить, роняю варежки, путаюсь в веревке от санок. Маша до этого скептически наблюдавшая за моими акробатическими потугами качает головой, забирает санки и потихоньку идет вперед, устало бросив через плечо:

   – Хорошо, - говорю ей вслед и отвечаю на звоно.

   – Мать, до тебя как до Кремля – фиг дозвонишься! – слышу недовольство в голосе дорогой сестры.

   – Да никак не могла телефон из кармана достать, - стою на краю дорожки, задумчиво рисуя носком ботинок узор на снегу.

   – По магазинам, что ли, бродишь?

   – Не-а, с горки каталась.

   Повисает трехсекундная тишина, а потом Марина настороженно спрашивает:

   – С горки каталась, на санках.

   – Тин,ты прикалываешься?

   – Даже не думала.

   – А что такого? - усмехаюсь, прекрасно понимая, почему она так удивилась. Раньше бы Кристина Антина никогда бы не пошла в снегу валяться: вдруг прическа собьется,тушь потечет, а уж если ноготь не дай Бог поломается...