Кодекс Крови. Книга ХIV

Ребёнок действительно не имеет осознанности, лишь рефлексы и потребности, которые будет удовлетворять всеми доступными способами. Но сейчас-то он доказал наличие контроля. Почему сейчас убить?

— А скольких он убил, пока дорос? — тихо уточнила рыжая сестричка, Гризель, кажется.

— А скольких я убил в прошлой жизни? И уж не вам-то белыми и пушистыми прикидываться. У каждой из вас личное кладбище на зависть многим. Меня больше интересует, как вообще у Борромео вышло, что он вырос⁈ — задал я весьма животрепещущий вопрос. — Не находите, что это некий революционный способ, который позволил бы вашей братии иметь потомство?

— Нет! — жёсткий ответ последовал сразу от всех трёх сестёр, чему немало я удивился.

«Агафья?»"

"«Прецедент. Нельзя обнародовать, потом объясню», — последовал тут же ответ по кровной связи.

— Лучше скажи, как они так быстро вышли на нас? — перевела тему вампирша.

— Удивишься, но меня заказал Талейран, — принялся я вводить в курс дела Агафью. — И Борромео, кстати, отказались брать этот заказ. Только твой сыночек решил, что пять миллионов в золоте на дороге не валяются и отправился инкогнито по мою грешную душу. Причем этому засранцу просто феноменально везло всю дорогу. Он в Москву из Стамбула вообще на нашей «Капельке» долетел, а у османов ещё и с Кираной пересёкся, попросив её спасти из рабства ребёнка. Кстати, а разве на дирижаблях нет защиты от Теней? Это же одной единицы хватит, чтобы разом вывести из строя весь воздушный флот.

— Пока таких прецедентов не было. Все жить хотят.

— Тоже негласный договор?

— Вроде того, — кивнула вампирша, не распространяясь.

— На наш поставим сигналку твоего авторства. Такие пассажиры мне и даром не нужны.

— Его бы и там пропустило, — со вздохом напомнила мне вампирша.

— Ну хоть чужих не пустит! Сузим круг. Что с ним будешь делать? — я указал на Джованни Борромео. — Я, конечно, ему признателен, что он пожалел жену и сына, но это не отменяет его попытки убийства Николя Бенуа и похода за моей головой. Да и вообще, то, что он посчитал меня опасным противником и решил не нарываться на рожон, ещё не значит, что его папаша последует тем же принципам, когда я приду заявлять права на наследие рода Занзара.

— С папашей я поговорю, — с предвкушением улыбнулась Агафья.

— Не самая хорошая идея восставать из мёртвых и идти к нему в руки, когда он и так на тебе помешан.

— Он всё равно меня не удержит, — пожала плечами вампирша.

— А как же эфир? — напомнил я Агафье собственные ухищрения.

— Сомневаюсь, что ему интересно будет иметь неподвижное тело. Не для того он меня ищет, ой, не для того… — вампирша произнесла это с грустью, криво улыбнувшись.

Я прикинул оставшееся время до встречи с богами. Чуть меньше двух дней.