Королевская кровь. Книга 7

Язвительно выговаривала его величеству, что чувствует себя менее свободной, чем в браке с Кембритчем. Пыталась действовать лаской и хитростью – и он делал вид, что поддается – но все начиналось заново. Холодно приказывала не приходить больше – о, он прощал ей и тон и недовольство, и только усмехался, сжимая ее и сдирая с плеч одежду. Χмурилась. Сжимала губы и отворачивалась от поцелуев. Кричала «убирайся» и в сердцах швыряла на пол его подарки – бесценные украшения. Уезжала в свое графство, в имение Мелисент-хаус – но стоило услышать сдержанный голос по телефону, услышать его «Я жду, ты нужна мне, Лотти» – и она возвращалась через телепорт обратно и покорно ложилась с ним в кровать. И слушала его, и обсуждала государственные дела, будто всю жизнь проработала министром – он иногда иронизировал, но не перебивал. Или рассказывала про дела своего графства, или после просьб любовника – о детстве Люка, много, улыбаясь, и чувствуя парадоксальную слабость к мужчине, который стал причиной стольких лет горечи – и на чьем плече она сейчас лежала.

За эти несколько недель леди Шарлотта получила столько эмоций и столько счастья, сколько испытывала только в далекой юности. С ним же. И все прошедшие тридцать шесть лет казались покрытыми серой патиной. Только дети и оставались яркими цветами в этой бессмысленной серости.

И она сейчас ждала его появлений, его звонков – и жутко мучилась из-за этого. И не могла не ждать.

Нелегкое это дело – любить такого, как Инландер.

Вот и сейчас леди Лотта, одетая в очень приличное длинное платье, как девчонка, поджав под себя ноги в кресле и надев на нос очки, зачитывалась новым романом, когда зеркало в ее гостиной помутнело и оттуда вышел Луциус. В рубашке с расстегнутым воротом, расслабленный и чем-то очень довольный. Она посмотрела на него поверх очков – его величество обошел ее, поцеловал в плечо, замер на мгновение, читая, хмыкнул – и забрал роман, небрежно бросив его на столик. И надел ей на шею тяжелое ожерелье.

– Что у тебя за страсть к камням, – сказала она ворчливо, снимая очки и откидывая голову на спинку кресла – чтобы дать доступ к губам.

Целовался он так, что почтенная леди отрывалась от него с пылающими щеками и мутными от желания глазами.

– Это семейное, – небрежно пояснил Луциус. Расстегнул рубашку, снял ее. – Сегодня я всю ночь с тобой, Лотта.

– И никуда не полетишь по таинственным змеиным делам? – недоверчиво поинтересовалась она.

– Вряд ли, – он присел перед ней на корточки, полюбовался ужасными камнями в ожерелье. Она даже не стала смотреть – столько было подарков, что драгоценности успели ей надоесть. А вот его взгляд нет.