Королевская кровь. Книга 7

И как только все эти годы она могла обманываться его легкостью и желанием смеяться над всем и вся? Сейчас он тоже то и дело принимался дурачиться – но это был все тот же Мартин, который утром жестко сказал ей: «Достаточно». Тот же, что дрался с ее поклонниками в университете – и мрачно сверкал глазами, наблюдая за ней на дружеских встречах. Конечно, шестьдесят лет никуда не делись – он заматерел, стал тяжелее, порочнее – но все так же размахивал руками, встряхивал черными волосами, улыбался широко – и она смотрела на это и чувствовала, как сладко и требовательно сжимается все внутри. И прислушивалась к себе – в эти моменты Мартин замолкал и пронзительно, проницательно смотрел на нее – и поднимающий голову страх тут же прятался.

Боги, как же трудно даже думать о том, чтобы выйти из привычной колеи, поменять жизнь, впустить в нее другого человека – и бояться пожалеть, и заранее страшиться того, что придется ломать, прилаживаться друг к другу, привыкать. Как не хочется выходить из зоны комфорта. Но нет ее уже, этой зоны – лежит в руинах, и нужно как-то жить в новом мире.

Мартин не пытался ее соблазнять, но как-то само собой получилось, что она задремала рядом с ним на диване у камина. И проспала так всю ночь, чувствуя сквозь сон тяжелую ладонь на спине и восхитительный, умиротворяющий запах мужчины, которого она так давно любила и продолжала любить.

Утро застало их проснувшимися и тихими. Мартин лежал на спине, Вики – на его плече, прижав ладонь к груди, чувствуя удары сердца и почти касаясь ее губами. Она была ошеломлена и настороженна, он – давал ей время. Каждый знал, что другой не спит, и думал о своем, и страшно было нарушать солнечную тишину, наполнявшую гостиную лыжного домика с потухшим камином, недопитой бутылкой вина на столике и открытой коробкой шоколада. И общим теплом под одним одеялом.

Первым не выдержал Март – плечо под щекой Вики шевельнулось, и он осторожно провел ладонью по ее боку, прямо по одежде – от груди к бедру. Поцеловал в макушку.

– Привыкаешь? – спросил чуть хрипловато после сна. И этот вопрос, а скорее, даже звук его голоса вдруг поставил все на свои места – и закрыл все сомнения и страхи прошедшего дня на тяжелый вечный замок. Потому что Вики вдруг поняла, что уже не сможет отказаться от возможности просыпаться вот так, с ним, в тепле и умиротворении.

– Думаю, – ответила она честно.

– О чем, Вик?

– О тебе.

Она не видела его лица, но поняла, почувствовала, что он улыбается.

– Эгоист во мне сейчас бьется в экстазе от восторга.

– Есть с чего, – проворчала она беззлобно, улыбнулась и, смиряясь с новой непредсказуемой жизнью, поцеловала его в грудь.