Карамазов. Книга 2

— Я так и не сказал вам спасибо, князь, — заявил я, поднимаясь на крыльцо. — За то, что уступили мне контракт на Финиста. Боец из него отменный.

— Эх, молодой человек, я знал, что пожалею, если потеряю такого начальника охраны. Но как я мог вам отказать?

Мы оба понимали, что на момент перехода Сокола ко мне, он уже не был обязан семье Юсуповых. А потому просто пожали друг другу руки.

— Приятно видеть вас в добром здравии, — тепло поприветствовал я мужчину.

— И я вам рад. Еще раз прошу прощение за такой прием, — князь махнул в сторону охраны. — Все нынче на нервах из-за происходящего. И на ваш дом было нападение. Никто не пострадал?

— Вашими молитвами все остались живы.

Мы вошли в холл и тут же по лестнице сбежала Кристина. Я был уверен, что Юсупова нарочно выжидала, когда мы переступим порог. Спускаясь по ступеням, девушка казалась прекрасным видением. Ее светлые волосы, забранные в два высоких хвоста, прыгали в такт шагам. Голубая ткань легкого платья облегала грудь и талию. Подол очерчивал бедра и открывал вид на колени. На ее ногах были кружевные туфельки, в которой стопы казались еще изящнее.

— Алексей, как я рада вас видеть, — она лукаво улыбнулась, остановившись напротив меня. — А вы? Рады?

Я смешался ровно на пару мгновений и тут же ощутил, как кто-то тронул меня за локоть. Виктор сунул мне сверток.

— Это вам, Кристина Михайловна. Если Михаил Александрович папенька не имеет ничего против такого подарка.

— Цветы? — охнула девушка, разворачивая бумагу. — Настоящие! Как ты их добыл?

Кристина порывисто обняла меня за шею и чмокнула в щеку.

Юсупов тактично кашлянул, но при этом не выглядел раздраженным.

— Приятно, что вы подумали о такой мелочи, — негромко сказал он, когда его дочь побежала искать вазу. — Наступили мрачные времена и сейчас, как никогда, нужен повод для радости. Для меня дочь… дети, — тут же поправился он, — источник гордости и надежд.

Его послание было предельно ясным. На Кристину мне можно лишь смотреть. Мне осталось только кивнуть и протянуть ему бутылку вина.

— О, вы принесли к столу… — снисходительно отмахнулся мужчина, а потом рассмотрел этикетку и с уважением протянул, — не может быть… это ведь вино из привоза шестьдесят седьмого года. Доставлено из Мезоамерики для Императорского двора. Редкость невероятная!

— Признаюсь, не знал таких тонкостей, — притворно повинился я. — Взял ту бутылку, что лежала на крайней полке.

— Вы угодили отцу, — раздалось от входа в комнату и к нам присоединился Сергей.

Сегодня он был бледен и казался больным. Парень подошел ко мне и протянул руку. Ладонь он стиснул крепче нужного и выпустил резче, чем следовало. Я сделал вид, что не заметил оплошности.

— Надеюсь, букетик не для меня? — иронично скривился княжеский наследник.