Испорченный... Книга 2

Наверное, нечто такое происходило и с Вавилоном, так как он тоже поднял рукав рубашки и потер кожу, покрывшуюся вокруг татуировки чем-то красным. Словно от ожога.

Наши метки будто требовали чего-то. Сейчас. Немедленно. Незримо связывали. Болезненно ныли и, не получая желаемого, изнутри уничтожали. Словно бы убивали.

— Так вот с кем… — я услышала хриплый голос Помпея. — … у тебя метка.

Обернувшись, я увидела, что и он менялся. Смуглая кожа в одно мгновение стала серой и сосуды в глазах полопались, делая их практически красными и лишенными чего-либо человеческого. Помпею будто бы не хватало воздуха. Он задыхался. И уже через несколько секунд из его глаз пошла кровь. Каплями она спускалась по лицу. Пачкала губы.

Будто бы пытаясь сделать вдох, он разомкнул их. Протянул ко мне руку. Даже прикоснулся к моей ладони, но моя метка от этого только сильнее вспыхнула болью и, прежде, чем я поняла, что делаю, отошла от Помпея, вместе с этим, почувствовав, что меня к себе притянул Вавилон. Поцеловал, но все это я воспринимала исключительно, как в ужасном дурмане. Наркотическом опьянении."

"Руки Вавилона сжимали меня. Будто руководствуясь этой меткой, альфа трогал меня, пробирался под одежду и мне казалось, что, еще немного и он возьмет меня прямо тут, на улице, а я так ничего сделать и не смогу, ведь в это мгновение я была сама не своя. Словно в оболочке, которая сковывала и подчинялась альфе, с которым мы были отмечены.

И даже в тот момент, когда Помпей ударил Вавилона, я ничего не поняла. Лишь упала на землю и, задыхаясь от боли, начала ногтями до крови царапать метку. Одной болью пыталась закрыть другую.

Кажется, во двор сбежались люди. Отдалено я слышала и голос Империи, который пытался остановить Вавилона и Помпея, а они, не обращая на это внимания, били друг друга так, словно вовсе пытались убить.

Я все пыталась встать. Что-то сказать, но постоянно падала на траву и задыхалась. Метка болела настолько сильно, словно мне раз за разом ломало руку. Эти ощущения волнами расплывались по телу. Доставали до сознания и через несколько минут я не выдержала. Упала в темноту.

* * *Выходила я из темноты так же рвано, как и падала в нее. В один момент, резко открыв глаза, тут же зажмурилась. Попыталась сесть, но опять поморщилась. Рука все еще болела и от яркого света сознание пробило режущими вспышками.

— Уже пришла в себя? — услышав голос Империи, я медленно открыла глаза. Все еще болезненно морщась, посмотрела на мужчину. Он сидел в кресле, рядом с кроватью, на которой я лежала. Саму комнату я не узнавала. Видела ее впервые.

— Где я? — сипло спросила. — Что произошло?

— Ничего не помнишь?

— Не совсем, — я качнула головой и тут же опять закрыла глаза. Даже более-менее плавные движения вызывали помутнение.