Александра. Большая игра. (книга вторая)

Наверное, своей жене, которая осталась там далеко, с малыми дитьми на руках… Илья, который вспоминал свою Настеньку, оставшуюся там, в Москве, за тысячи километров от него… Ульрих, замерший рядом со мной и смотрящий куда-то перед собой…

Я теперь знаю, что такое нежность — нежность…

Нежность… Это твой голос,

Который звучит во мне лёгким дыханием теплого ветерка,

Ласково окутывая плечи неземной благодатью…

Нежность… Это…Твоё имя,

Которое живёт во мне самой красивой мелодией чистых звуков…

Нежность — это мелодия моей души.

Нежность — это любовь.

Это, когда Ты есть Я.

Я люблю тебя… Слышишь…

…Люблю… Целую……

(Лейли Забавина)

Мелодия становилась всё тише. Перебор струн все короче, пока всё не замолкло. Наступила полная тишина.

— Вот умеешь ты, Матушка, за душу так взять и вывернуть её на изнанку, что даже не знаю, как это выглядит…. — С горечью проговорил Илюша. — Разве так можно?

— Можно, Илюша. Даже нужно, чтобы вы не забывали, кто вас ждёт там далеко. Там за горизонтом.

Я заиграла и запела:

В небе колышется дождь молодой

Ветры летят по равнинам бессонным

Знал я кто меня ждет за далекой чертой

Там за горизонтом там за горизонтом

Там-там-та-рам там-та-рам.

Третью строчку куплета я изменила намерено. Играть прекратила. Улыбаясь, смотрела на Илью.

— Что, Илюша, по своей молодой жене скучаешь?

— Скучаю, Матушка.

— Ладно, когда вернёмся, получишь отпуск. Или я Настю к себе вызову в Венден.

— А что такое отпуск, Матушка? — Спросил меня Илья. Остальные тоже смотрели на меня заинтересованно.

— Отпуск, Илья, это освобождение на какое-то время от выполнения служебных обязанностей. Это время можешь посвятить своей жене, своей семье. Так, концерт по заявкам окончен. Всем отдыхать. Алексей, распредели караулы. Завтра рано утром выдвигаемся.

Барон и его свита уехали. Я ушла в шатёр. Фрося раздела меня. Со мной в шатёр ушли Айтан и Паула. Ксения, Агнеша и Саша попросились ещё посидеть у костра.

Проснулась утром, на зорьке. Все в моём шатре ещё спали. Княжны мои, сопели только так. Фрося тоже спала, прижавшись ко мне. Все они были в нательных рубашках до колен. Я тихо встала, чтобы никого не разбудить. Надела штаны, сапоги, верхнюю рубашку с кружевными манжетами, заправила её в штаны. Косу я вчера не расплетала. Взяла полотенце, китель надевать не стала и вышла из шатра. Утро было прекрасным. Лагерь просыпался. Кирасиры разжигали потухшие костры. Начинали готовили завтрак. Мне улыбались.

— Матушка-Государыня. — Кланялись мне наши, русичи. Я им кивала и тоже улыбалась в ответ.

— С добрым утром, воины. — Говорила им.

— Ваше Величество. — Приветствовали меня ливонские немцы. Многих я знала по именам.

— С добрым утром, Адам. Как настроение?

— Благодарствую, Ваше Величество, хорошее.