Александра. Большая игра. (книга вторая)

Ульрих тоже усмехнулся, взглянув на Генриха, и взяв со стола, лежавшее рядом с ним, сложенное аккуратно полотенце, вытер губы и руки. Генрих проследил взглядом за Ульрихом, потом за Ландмаршалом. Посмотрел на лежащее рядом с ним полотенце. Взглянул на меня. Я кивнула ему.

— Генрих, у меня за столом не принято рыгать, чавкать, сморкаться и вытирать жирные пальцы о свою одежду. Так как я считаю это признаком бескультурия, невоспитанности, дикости, варварства и проявление ко мне не ужения, как к Королеве и женщине. Поэтому в следующий раз, Ваше Величество, если Вы захотите сесть со мной за один стол, будьте добры соблюдать все эти не сложные правила. Я надеюсь, Вам всё понятно?"

"— Извините, Ваше Величество. — Генрих покраснел. У него даже недовольно дёрнулась щека. Всё верно, у себя в английском курятнике он мог вести себя так, как считал нужным. И никогда не слышал в свой адрес чего-то подобного. Здесь всё было по другому. Здесь он даже не гость, а пленник. Он смотрел на меня. И я видела в его глазах одновременно ненависть за своё поражение и унижение этим, и в тоже время, желание обладать мной. Я читала его, как открытую книгу. Граф Толбот сидел за столом притихший и старался прикинутся ветошью. Я кивнула Генриху, принимая его извинения.

— Итак, Ваше Величество, раз мы с трапезой закончили, давайте поговорим о делах Ваших, Генрих, скорбных. — Это я сказала на английском. Продублировала вопрос для остальных на немецком и на русском.

— Почему скорбных для меня? — Тут же задал он вопрос.

— А для кого, Ваше Величество? Не для меня же⁈ И не для Герцога. И не для Ландмаршала. У них дела как раз хорошо идут. — Я перешла на латынь. Герцог, Ландмаршал и мои фрейлины знали латынь. — Я права, Ваша Светлость? — Обратилась к Герцогу. Тот кинул.

— Да, Ваше Величество. За последний год я улучшил свои финансовые дела многократно. Я очень доволен и стал полностью финансово независим от Императора. За что, Ваше Величество, моя Королева, тебе моя особая благодарность. Мне бы ещё развестись с моей женой. Я всё понимаю, Ваше Величество, что Вы являетесь поборницей брака. Но только не в моём случае. Меня Император принудил к нему. А у меня есть дама сердца, как и у любого настоящего рыцаря. Да и моя супруга меня не любит и у неё есть любовник. Я знаю это, но мне глубоко наплевать. Если бы ты, Александра, помогла мне решить этот вопрос со Святым Престолом?

— А как я его решу, Ульрих? Я даже не католичка.

— Папа дал тебе королевскую буллу, чего раньше не было никогда. Мало того, я знаю, что в Риме хотят объявить тебя возлюбленной Дщерью Римско-Католической Церкви. И тебе будет открыт любой католический храм.

Я усмехнулась. Да, есть такое дело. Папа меня постоянно обхаживает. У нас с ним интенсивная переписка. Митрополит недовольный.