Александра. Большая игра. (книга вторая)

Его слова подтвердил боярский сын Никитка. Так же был допрошен и Ян Собесски.

Князь Андрей, в рубище, стоял на коленях.

— Милости прошу брат. — Просил он, обращаясь к Василию. Но тот молчал. Он вообще не произнёс ни слова за всё время суда. Обвинял князя дьяк Аргамаков. Читал опросные листы. Митрополит молчал, сидя на своей лавке и опёршись на свой посох. Выражение его лица было довольно мрачным. Бояре тихо переговаривались между собой. По обе стороны тронов застыли рынды с топориками, которых я в своё время упразднила, но Василий вернул их, ибо нечего. Ещё попенял мне потом. Ну и ладно. Но за рындами стояли мои палатины, которые, по моему мнению, были более эффективны в случае открытого нападения на Государя и Государыню. Но хочет Вася боярских детей в белых одеждах с дурацкими топориками, так пусть будут. Мои фрейлины не присутствовали. Они сидели в своих покоях.

Когда Аргамаков закончил, в зале наступила тишина. Все смотрели на Великого Князя.

— Что скажешь, Великий Государь? — Задал вопрос Митрополит."

"— Что я скажу? Горько мне, Владыко. Горько и больно, что брат мой единоутробный уподобился татям поганым м ворам. Чего не хватало ему, Владыко, что он пошёл на душегубство? Убийства купцов, воровство, грабёж. Сговор с иноземцами и врагами нашими. Покушение на убийство Великой Княгини Московской. Покушение на грабёж и поток Великокняжеской казны. Убийства государевых людей. Что я должен сказать? Пусть братья мои скажут. Пусть они вынесут Андрею своё решение. А я промолчу… Пока промолчу. Послушаю и посмотрю, что они решат. Это чтобы не обвиняли меня потом в чём-то против брата моего. Они пусть решают. А ты, Владыко, и вы, бояре, утвердите приговор. — Василий встал со своего трона. Посмотрел на меня. — Пошли, Княгиня, оставим их, пусть решают не в нашем присутствии.

Я тоже встала.

— Княгиня, а что ты скажешь? — Обратился ко мне Митрополит.

— То же самое, что и Великий Государь, муж мой. Не след мне поперёк супруга говорить. — Ответила, глядя на Владыку. Он кивнул мне. Василий повернулся и пошёл к выходу, который был за троном. Я подобрала свои многочисленные юбки спереди и двинулась за ним. Мы прошли в детскую. Там сняла корону и взяла на руки Костика. За то время, что я отсутствовала, будучи в Ливонии, мне показалось, что сына подрос. Такой карапуз упитанный. Смотрел на меня своими глазищами.

— Что так смотришь, княжич? — Улыбнулась ему. Поцеловала его в лобик. Он улыбнулся мне. Василий сел на лавку. Здесь же находилась Елена, держала на руках дочь. Посмотрела на меня вопросительно. Я пожала плечами.

— Решают, что делать с князем Старицким. — Ответила ей. Сама тоже села на лавку. Ко мне на колени полезла Даша.

— Ляля Кося. — Произнесла княжна.

— Правильно, золотце моё. — Улыбнулась ей и поцеловала девочку в макушку.