Александра. Большая игра. (книга вторая)

Не даром в русских княжествах в качестве денег использовались и другие средства обмена. Тот же мех — беличьи, куньи, соболиные, бобровые и прочие шкурки, которые использовались в качестве денег. Это были так называемые куны или по другому коуны. А позже кунами стали называть и монеты, которые проникали на Русь с востока. На Востоке эти монеты назывались дирхемами. Но использование меха пушных животных с появлением монет не исчезло и шло параллельно с использованием монет и серебряных брусков-гривен, так как именно серебра и золота не хватало. И вот наконец, Русь получила свои прииски серебра.

— Где серебро? Образцы?

— Там, Матушка. У Спасских ворот. Груз казаки охраняют.

— Богдан. Пусть пропустят казаков, что прибыли с Аникеем и груз с ними. Быстрее.

Дождалась казаков. Они занесли кожаный мешок. Положили его на пол. Один из них развязал мешок и отошёл. Я открыла. Там были куски металла светлого цвета. Вытащила один из них. Сомнений не было. Это было самородное серебро, как говорили в старину. Я взглянула на казаков, на Аникея. Улыбнулась.

— Ну, Аникей. Ты хоть понимаешь, что вы сделали, для Руси Московской? Для Государя нашего? Благодарствую я тебе Аникей. Вам, казаче. — Низко поклонилась им. Ничего, не переломлюсь. — Вы как, прямо с дороги сюда?

— Да, Матушка-Государыня. — Кивнули казаки.

— Богдан.

— Я, Матушка.

— Казаков отведи на кухню, пусть их хорошо накормят. В баню пусть сходят и одежду им постирают прачки. Взамен выдать новую. И получше, чем у них сейчас. Понятно? Я уверена, Государь захочет их увидеть, для награды. А ты, Аникей, со мной пошли. Богдан, позови Божена и Илью. Мешок пусть возьмут.

Когда казаки ушли, сопровождаемые Богданом, Аникей сказал:

— Подожди, Матушка. Это ещё не всё. — Из-за пазухи он вытащил мешочек. Развязал его и высыпал на стол жёлтые самородки. Небольшие. Самые крупные, не больше ногтя большого пальца руки взрослого мужчины и меньше. Я смотрела на них. Перевела взгляд на Аникея.

— Золото?

— Оно, Матушка.

— Тоже нашли россыпь?

— Нет, Матушка. Нашли в лесу, на берегу небольшой речушки костяк человеческий. Видно, что давно лежал там. Части костей не было, наверное, зверьё дикое растащило. А при нём и нашли этот мешочек. Речку то от того места прошли вверх и вниз вёрст на десять. Думали, что там жила где-то. Но ничего не нашли.

— Точно не нашли, Аникей? Смотри. За сокрытие золотого прииска от Государя, это измена и воровство. За это дыба и плаха.

Аникей опять упал на колени.

— Христом богом клянусь, вот крест святой. — Он перекрестился. — Не утаивал я ничего, Матушка.

Я внимательно смотрела ему в глаза. Аникей побледнел. Я кивнула ему.

— Верю тебе, Аникей. Но раз самородки есть, значит где-то жила имеется. Есть, Аникей на Каменном поясе, сиречь Урале золото. Я знаю это.