Александра. Большая игра. (книга вторая)

Но похоже, талеры ещё не известны. Вот и хорошо. Значит талер станет денежной единицей Ливонии.

— Никто пока чеканкой талера не занимается. Мы будем первыми. И наши деньги будут называться талерами. Ливонскими талерами.

— Хорошо. пусть будет талер. Да, человек, которого я хочу тебе представить, как раз из клана Вельзеров.

— Кто это?

— Филипп Вельзер. Младший брат Бартоломеуса Вельзера, главы банковского и торгового дома Вельзеров.

— Сколько ему сейчас полных лет, Иоганн?

— Двадцать шесть.

Я удивлённо посмотрела на Канцлера.

— А не слишком он молод? Сколько сейчас его брату?

— Бартоломеусу? — Я кивнула. — Сорок один год.

— Ну вот. Сорок лет, это уже опыт.

— И всё же, моя Королева, я бы всё-таки рекомендовал Вам встретиться с ним.

— Хорошо, я встречусь. Но скажи, чем он так хорош, что ты ходатайствуешь за него?

— Филипп на самом деле молод, но он очень умён. Имеет блестящее образование. Молод, энергичен, честолюбив. Имеет железную хватку.

— А если он начнёт действовать в интересах своей семьи, а не в моих? Всё же они родичи.

— Навряд ли. Филипп с Бартоломеусом сильно повздорили. Ссора вышла на столько сильной, что даже выплеснулась за пределы клана. Скажи мне, моя Королева, кто придумал вексели?

— Вексели? Странный вопрос. Кто придумал вексели сейчас уже не узнать. Но они придуманы очень давно. Еще двести с лишним лет назад вексели во всю имели хождение в Монгольской империи в виде шёлковых платков с иероглифами и печатями самого Великого хана. Кстати, Марко Поло привозил в Европу, конкретно, в Италию один такой вексель.

— Возможно. Я об этом не слышал, но именно двести лет назад две торгово-банкирских семьи из Флоренции Барди и Перуцци в системе расчётов стали пользоваться переводными векселями. То есть, деньги, положенные в одном городе, в представительство их банков, можно было получить в другом, предъявив такой вексель.

— Совершенно точно. Идею они украли у монгол, которую привёз с востока Марко Поло. И что в этом такого?

— Это обогатило обе семьи и упростило финансовые взаиморасчёты. Так вот, спустя два столетия Филипп Вельзер сделал улучшения в обращении этих векселей. Какие именно, я не знаю, я не банкир. Это у них надо спросить. Так вот, Бартоломеус присвоил себе эту идею. И записал себя в авторы нового векселя. Филиппу это не понравилось. Начались внутрисемейные выяснения отношений. Во время полемики, Филипп полностью раскритиковал действия своего старшего брата. Обвинил его в том, что он ведёт их семью к банкротству. Бартоломеус даже ударил за это брата по лицу. А потом выгнал из дома, лишив доли в семейном деле.

— Иоганн, а это не была специально разыгранная сцена, как в театре у трубадуров?

— Нет, моя Королева. Случилось это год назад.