Александра. Большая игра. (книга вторая)

Но если на их головах были кивера, которые они носили с особым удовольствием, то у меня на голове был платок, закрывающий волосы, хотя из-под него вниз, до моего зада свисала толстая коса. Она просто не помещалась под платком. В косу были заплетены разноцветные, красивые ленты и имелся бант красного цвета. А поверх платка на мне был королевский венец. Не королевская корона Ливонии, она осталась в Вендене, а именно венец. Я медленно повернулась и посмотрела на барона. Смотрела немигающим взглядом. Не знаю, что он в нём увидел, но мужчина слез с коня и изобразил поклон, с отставлением одной ноги вперёд, вторую назад, разведя руки в стороны. Я кивнула ему. Его сопровождающие тоже слезли с коней.

— Прошу прощения, Ваше Королевское Величество, а что Вы тут делали? — Спросил барон.

— Помолится заезжала.

— Помолится? Здесь? В этой нищей церквушке?

— Любая церковь, это дом Господа нашего, барон фон Вольф.

Я видела, как он косится на Аквилу в руках Никифора. А так же смотрит с недоумением на сундуки, которые вытаскивали из церкви мои солдаты и матросы.

— А что это за сундуки, вытаскивают из церкви?

— Это моё имущество. Моё наследство, барон.

— А что, Ваше имущество, Ваше Величество, делало в этой церкви?

— Хранилось здесь. Ожидало, когда я приду и заберу его. Вот и всё. Я пришла и забрала.

— И как давно оно здесь лежало? Почему я, хозяин этих земель ничего об этом не знал? — Похоже до рыжего пока не доходило. Увидела, как Агнешка и Паула злорадно усмехнулись.

— Давно, барон. Очень давно. Тогда, когда его туда поместили не родились ваши бабушки и дедушки.

— Но эта деревня вместе со смердами и земля, на которой стоит церковь принадлежит мне.

— Я Вас поздравляю барон. И поверьте, я не посягаю на Вашу собственность.

— Но сундуки⁈ Всё, что находится на моей земле и в её недрах принадлежит мне.

— Не в этом случае, барон. Это моё имущество. Моё, по праву рождения и по праву имперской крови. Знаете, как говорили в Древнем Риме, времён Императоров? То, что позволено Цезарю, не позволено быку. Иными словами, то, что принадлежит Цезарю, не может принадлежать никому другому. — В этот момент из церкви вытащили очередной сундук. Барон и его люди жадно смотрели на него. Как я помнила, в этом сундуке находились флорины. Когда солдаты потащили его мимо нас к берегу, я велела им остановится. Они поставили сундук на землю. Подозвала Якова. Велела открыть замок, что он и сделал. Я открыла крышку сундука, отсчитала двадцать серебряных флоринов. Возле церкви стоял падре. Я его подозвала. Когда он подошёл, сунула ему в обе руки флорины.

— Падре, это мои пожертвования на церковь. Надеюсь, этого хватит, чтобы вернуть алтарь на место?

— Этого много, Ваше Величество. — Пробормотал падре, глядя испуганно на такое сокровище.