Александра. Большая игра. (книга вторая)

Они что-то кричали нам.

— Что они хотят? — Спросила Пандольфо. Он пожал плечами.

— Не знаю, Ваше Величество. Наверное, это какой-то местный князь или барон, приглашает Вас, моя Королева к себе в гости. — Ответил контр-адмирал.

— Увы, у меня нет желания посещать кого-либо. Как я понимаю, князь, мы достаточно отдалились от Кёльна?

— Да, Ваше Величество.

— Тогда, значит скоро придём на место.

— Ваше Величество, я до сих пор не знаю, куда мы идём? — спросил Пандольфо.

— Терпение, мой дорогой Князь. Терпение. Всё увидите сами, своими глазами. — Я прошла в каюту, которую делила с Фросей. Девушка сидела там и что-то вышивала. Я достала шкатулку. Открыла её своим ключом и вытащила пару свитков. Один из них был картой. Эту карту я принесла на палубу к контр-адмиралу.

— Князь, покажите мне, где мы сейчас находимся?"

"Пандольфо с любопытством смотрел на карту. Взглянул на меня удивлённо и в тоже время вопросительно. Я молчала. Глядела на него в ожидании. Он указал, наше место положение. Это было совсем рядом с местом, о котором говорилось в зашифрованной инструкции тамплиеров, которую я вытащила из двух ларцов. В одном лежал Святой Грааль, а во втором мощи Георгия Победоносца. Согласно этой инструкции я и нарисовала карту. Место должно было располагаться по левому берегу от нас. Наконец увидела на левом берегу какое-то селение. Это оказалась деревня. Стандартная немецкая деревня начала 16 века. Там же находилась и небольшая церквушка. Сказала, чтобы бросали якорь напротив этой деревушки. Так, как был вечер, то приняла решение высадится на берег утром. На берег никто не сходил. На кораблях зажгли фонари. Поужинав, расположились с девушками на верхней палубе, возле входа в каюты.

— Матушка-Государыня, может споёшь нам? — Попросила меня Ксюша. Остальные девицы тоже стали просить. Только Айтан молчала и смотрела на меня. Паула принесла мандолу. Я стала перебирать струны. Полилась грустная мелодия, потом я запела:

Вечная любовь…

Верны мы были ей

Но время зло

Для памяти моей

Чем больше дней

Глубже рана в ней…

Стояла тишина. Меня слушали мои фрейлины, палатины. Матросы и солдаты. Матросы были набраны в основном, как это не парадоксально, во Фрисландии и других Нидерландских провинциях. Русского они не знали. Но постепенно учились у русских матросов, которых пока что было ещё очень мало. Всё же Русь, это была тогда в 16 веке сухопутное государство. Но лиха беда началом. До Петра Великого тоже самое было, а потом Русь-Россия стала морской державой. Матросы слушали мелодия и мой голос. Тихо стоял недалеко Князь Пандольфо Малатеста.

Все слова любви

В измученных сердцах

Слились в одно

Преданье без конца

Как поцелуй

И все тянется давно…

Я пела и перед моим внутренним взором вставали мои мужчины. Мой первый муж, Ванечка.