Александра. Большая игра. (книга вторая)

Внимание! Третья линия прицел четыре с половиной, трубка пять, шрапнелью, товьсь… Беглым по три выстрела, огонь! Четвёртая линия, прицел четыре с половиной, бомбами, трубка на удар, по три выстрела, беглым… Огонь!

Устанджлы видел, что снаряды взрывались, как над головами османских пушкарей, так и на земле, разбивая орудия, переворачивая их. Он с уважением посмотрел на Юрия. Спросил у него, коснувшись его плеча:

— А почему первые две линии редутов не стреляют?

— Не те пушки и не те снаряды. Они подождут пока пехота осман или их кавалерия не подойдёт к ним на дистанцию выстрела. Это всё, на что они способны. Но даже и это не плохо… Для начала. — Добавил он.

Отстрелявшись, русские пушки замолчали. Пушкари банили стволы орудий. Перезаряжали. Действовали они чётко и слажено.

У осман забили громче барабаны. Устанджлы Кара Хан всматривался туда, где располагались османские пушки. Какие-то, перевернувшиеся, турки ставили назад, на колёса, если колеса были целыми. Какие-то пушки не трогали. Он понял, что они сильно повреждены и к стрельбе не пригодны.

Вперёд двинулась пехота осман. Первые ряды шли с копьями, выставив их перед собой. Вторые ряды пехотинцев шли с ятаганами и саблями. Третьи ряды шли с мушкетами и аркебузами. Там же шли лучники. И так ряд, за рядом. Юрий, некоторое время молчал, наблюдая за османами. Потом оглянулся на мортиру.

— Прицел пять, трубка на удар, товьсь.

Кара Хан внимательно смотрел. Артиллеристы что-то сделали с круглой бомбой. Что, он не понял. Потом они закатили в поднятый вверх ствол орудия эту бомбу.

— Огонь! — Последовала команда. Мортира рявкнула, откатываясь по рельсам назад и выбрасывая столб огня с клубами порохового дыма. А вместе с ними и сорокапятикилограммовую бомбу. Устанджлы видел, как за пятью первыми шеренгами османской пехоты земля вздыбилась на четыре с лишним человеческих роста, если не больше. До него долетел оглушительный грохот взрыва. Османы шли плотными рядами, поэтому последствия взрыва были чудовищными. Те, кого не разорвало в клочья, отбрасывало в стороны словно пушинки. И даже в радиусе нескольких десятков шагов, люди падали, словно их выкашивал кто-то гигантским серпом. Устанджлы Кара Хан потрясённо смотрел на этого русского.

— Что это? — Задал он вопрос.

— Осколочно-фугасная бомба. Жуткая вещь да, князь? — Ответил Юрий, усмехнувшись. Толмач подвис, не зная, как перевести словосочетание «осколочно-фугасная». Особенно слово фугасная. Ну не было пока ещё на фарси слово «фугасный». Толмач вопросительно смотрел на Юрия. Тот всё понял. — Это снаряд, начинённый специальной взрывчаткой… Короче, порохом большой разрушительной силы. Гораздо больший, чем простой чёрный порох. Так понятно?

Толмач кивнул и перевёл князю Устанджлы.