Александра. Большая игра. (книга вторая)

Стреляли Ксюша и Агнеша одновременно. Остальные двое забежавшие остановились. К горлу одного из них Богдан приставил лезвие сабли. Во второго целилась я.

— Сабли на пол! — Крикнула им. Звякнуло оружие, упавшее на пол. — На колени! — Они встали. — Руки за голову, живо! Богдан, вяжи их.

В терем заскочило несколько человек. В основном солдаты и кадеты Корпуса.

— Александра, с тобой всё в порядке? — Воскликнул дядька Евсей.

— Как видишь, дядька. Всё в порядке."

"В этот момент на втором этаже раздался грохот. Я, не раздумывая, бросилась туда по лестнице. Мои сержант-дамы бежали впереди меня. Так, как уже стояли не лестнице. Там слышался лязг сабель. «Господи, только не дети!» — Билось у меня в голове…

… Антип Косой сразу понял, что дело плохо. Что они попали в западню. Поэтому не мешкая, крикнул двум свои ближникам, надеясь, что его люди задержат государевых людей:

— Уходим. — Кинулся назад к частоколу и стал, как обезьяна по висящей сверху верёвке карабкаться на верх. По двум другим верёвкам стали взбираться двое его самых верных товарищей. Грохнул выстрел из ружья и один из ближников рухнул вниз.

— Живьём брать татей! — Раздался позади крик. Но Антип успел перемахнуть через острые концы частокола, как и второй его товарищ. Оба спрыгнули вниз, приземлившись на ноги упал на четвереньки. Быстро вскочил и застыл на месте. На него смотрели с десяток мужиков. И самое главное, на него смотрел Гаврила Чёрный. У двоих его людей в руках горели факела.

— Здорово, Косой! Узнал меня?

— Гаврила, Чёрный⁈ — Выдохнул Антип. Тот кивнул.

— Вижу узнал. Сабельку, как, сам бросишь или мне тебе руку отрубить вместе с ней? Она тебе не так важна будет.

— Ты чего, Гаврила? Бежать надо. Сейчас здесь княжьи люди будут.

— Не княжьи, Антипка. А люди Царицы Ливонской, Государыни-Матушки.

— Ты что, Иудой стал? Продать меня ей хочешь?

— За языком следи. Я служу Государыне. И тебя тать такой, ждал. На всякий случай, вдруг от солдат Корпуса сбежишь. И вижу не зря ждал.

— Значит Иуда. Не возьмёшь ты вольного человека Антипа Кречета!

— Какой ты Кречет? Ты Косой, Антипка. То же мне Кречет. Кречет птица благородная, а у тебя, какое к ебеням-феням благородство? Из смердов ты. И батька твой смердом был. Сабельку по хорошему клади на землю.

Но Антип в ответ взвыв бросился на Гаврилу. Тот словно ждал. Отбил удар сабли Антипа своей. Зазвенела сталь. В какой-то момент Антип упал на землю и замер. Гаврила удивлённо посмотрел на него. Позади Антипа стоял один из его людей, бородатый Афанасий.

— Извиняй, атаман. Но я решил, успокоить его. Что-то шибко шустрый он. — Сказал Афанасий, наматывая на кулак верёвку, к концу которой крепился свинцовый шарик, обмотанный дерюгой. По-русски это оружие называлось кистень.