Александра. Большая игра. (книга вторая)

Мои сержант-дамы — Ксения, Агнеша и Паула. А также, Александра Ходкевич. Персидская княжна не присутствовала. Не христианка. Да и не надо было ей пока быть на всеобщем обозрении. Митрополит сегодня, я так думаю, решил немного оторваться за всё и поиздеваться над дщерью неразумной, которая жила во грехе с Великим Князем, наплевав на христианскую добродетель. Это я о себе любимой. Прочитал нам лекцию о том, что живут во грехе, только безбожники какие и поганые язычники. А добрые православные христиане живут в браке, то есть в союзе освящённой Церковью. Это был тонкий намёк на толстые обстоятельства. Василий понял это, и я видела, что ему такое явно не понравилось, но он мужественно терпел. Стоял со мной рядом, держал свою свечу. Потом стали петь псалом. Это была жесть, после каждого стиха, который читал Митрополит, все, кто присутствовал в соборе начинали дружно петь: «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе». Было это так:

— Блажени вси, боящиися Господа. — Вещал Владыко.

— Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе. — Отвечали ему всем кагалом, и мы с Василием в том числе.

— Ходящии в путех Его.

— Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе…

Особенно мне понравилось про жену. Произнося это, Владыко смотрел на меня:

— Жена твоя яко лоза плодовита, во странах дому твоего.

— Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе. — Отвечали все хором. А Василий, как мне показалось, громче, чем обычно возносил хвалу Господу. Я даже покосилась на него. Чего это он?

— Сынове твои яко новосаждения маслична, окрест трапезы твоея. — Продолжал Владыко.

— Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе. — Василий опять громче остальных это пропел. Я услышала тихий смешок. Явно Ленка прикололась, стоя позади меня. Да милый издевается? Он что думает, я ему тут сыновей целую масличную аллею саженцев засажу?

Наконец, петь псалм закончили. Митрополит толкнул речь о том, в чём состоит таинство брака и как стоит жить богоугодно в супружестве. Что можно, а что нельзя. Хорошо хоть, что не сказал сколько раз можно и в каких вариациях предпочтительно исполнять супружеский долг с точки зрения Отцов Церкви. Хотя в его речи мне понравились слова о недопустимости супружеской измены и что тело жены должно принадлежать исключительно мужу, а тело мужа исключительно жене. Вот с этим я была полностью согласна. Даже кивала ему в знак согласия. Митрополит замолчал, глядя на меня.

— Дщерь наша, Александра, ты что головой киваешь мне? — Недовольно спросил меня Владыко. Василий удивлённо посмотрел на меня. Позади зашушукались.

— Согласна я, Владыко, с тем, что грех это, мужу знать кого-либо, кроме жены его. Полностью согласна… — Тут же заткнулась. Митрополит насупился. — Простите отче.

— Помолчи, раба божия, Александра. Отвечать будешь, когда я тебя спрашивать буду.

— Так я и отвечала… Всё молчу.