Александра. Большая игра. (книга вторая)

— Вы приказывали убивать мусульманских правителей?

— Не только их, но и христианских. Но потом наши отношения испортились. Хашшашины не могут нам простить, что с нашей подачи, Конрад Монферратский, тогдашний король Иерусалимский ограбил исмаилитских купцов. Они везли древние свитки к старцу горы, Ибн Саббаху. Старец собирал по всему востоку и западу свитки и древние книги. Мы предлагали купцам продать их нам, но они отказались. Мы сказали Конраду, что купцы везут много золота, на что он купился. Ограбил купцов, тем самым подписав себе смертный приговор. Его убил ассасин, как и графа Триполи Раймунда II, и герцога Баварского. Их убили за свитки ассасины. Хотя свитков у них не было. Мы их успели забрать. С тех пор у нас с ассасинами нет взаимопонимания.

— А почему ты думаешь, что они с нами будут разговаривать? Исмаилиты еретики, худшие, чем шииты. Даже шииты их считают еретиками и преступниками.

— Великий султан, то, что они еретики, какая разница. Да, им плевать кого резать, шиитов, суннитов, христиан или язычников. У вас, Осман, столкновений и вражды с ассасинами нет, так как вы считали, что их не существует. А то, что ты ненавидишь шиитов и устроил в Малой Азии бойню, убив 40 тысяч шиитов, ассасинам наплевать. Но им не наплевать на деньги. Ты же предлагаешь миллион султани золотом за голову каждой Принцессы. Вот и заплати им за это. А если они сумеют привести кого-то из Комниных живой, добавь ещё. Или мы можем добавить, но тогда живую Комнину ты отдашь нам.

— Отдать вам? Да ты с ума сошёл, гяур?

— Хорошо. Но тогда сделай так, чтобы она упокоилась на дне Босфора в мешке, как это вы, Османы, делаете с неверными жёнами и наложницами.

— Я уж как-нибудь без вас, гяуров, решу, что мне делать с Комниными. Но я подумаю насчёт ассасинов… Что ты так смотришь, тамплиер?

— Ничего, Великий Султан. Просто мне интересно. Не даром говорят, что пути Господни неисповедимы.

— Что ты хочешь сказать?

— Только лишь то, что одни Комнины уничтожают других Комниных. Хотя Комниным к этому не привыкать.

— Поясни? И не говори загадками. — Селим недовольно сдвинул брови."

"— Согласно «Родословной туркмен» племя Кайы, вождём которого в своём время был твой прямой предок Эртогрул-бей, ведёт свою родословную от Огуз-хана. Так ведь, Великий Султан?

— Совершенно верно. И что?

— А кто был сам такой Огуз-хан?

— Предок туркмен и всех огузов.

— Я бы не был столь категоричен. Огуз-хан не был тюрком по своему происхождению.

— А кем он был? И хорошо подумай, тамплиер, ибо клевета на моего предка может стоить тебе головы.

— Это не клевета, Ваше Величество. Огуз-хан, в реальности один из византийских цесаревичей из династии Комниных. Василий Комнин, если быть точным. Он, проиграв схватку за трон, бежал из Константинополя.