Александра. Большая игра. (книга вторая)

— Ну что, чудо моё, проснулась, доченька?

— Мам, а почему Даша не делает зарядку? — Спросил Вячеслав, пытаясь отжаться от пола.

— Потому, что она ещё маленькая. Вот подрастёт и тоже будет делать зарядку.

Девушка из прислуги, смотрела на всё это большими глазами, ничего не понимая. Наверное, она новенькая и первый раз видит, что боярских детей по утрам «истязают» разными упражнениями. Но она молчала. После дети принимали водные процедуры. Мальчишки умывались. Нянька им полевала из кувшина. А Дашу я вымыла полностью, тем более она описалась. Подмыла её. Вытерла насухо. Мальчишки, смеясь и толкаясь, вытирались сами. Потом оделись все и сели завтракать. Я кормила Великую Княжну. В этот момент приехали мои фрейлины и остальные палатины. Ко мне постучались.

— Кто там? — Спросила я, положив в открытый ротик Даши измельчённый кусочек курочки. Дверь открылась.

— Матушка-Государыня. — Это был боярин Фёдор. — Там прибыли твои… Эти… Княжны.

— Сержант-дамы?

— Они, Матушка. И твои палатины.

— Палатины пусть ждут рядом с покоями. Сержант-дамы пусть зайдут.

— А ещё, сестрица твоя. Царевна Елена.

Вот это номер! Не ожидала её здесь увидеть, но была рада.

— Пусть зайдёт тоже. И боярин, Елену вообще нельзя держать перед дверьми. Она может приезжать ко мне в любое время дня и ночи и не спрашивать разрешения, чтобы зайти.

— Понял, Матушка. — Боярин не успел ответить, как дверь открылась ещё шире и в комнату шагнула Елена в шубе и сапожках. Она недовольно смотрела на боярина.

— Саня, это что такое? Почему меня к тебе сразу не пустили? К тебе, к моему собственному сыну и племяннику? Что за ересь? — Она была возмущена.

— Мама! — Закричал Андрейка.

— Здравствуй, мой родной… Так, Андрей, сядь назад и доешь. Здравствуй, Славушка.

— Здравствуй, тётушка.

Вслед за Ленкой просочились и мои фрейлины. Вслед за ними палатины занесли сундуки с тряпками девушек.

— Куда ставить, Матушка? — Спросил меня Богдан."

"— Ставь пока здесь. Вообще девочкам покои выделены по соседству. Но разберёмся. Так, девочки, есть хотите? — Спросила Елену и сержант-дам. Но они отказались. Ленка скинула на один из сундуков шубу и сняла шапку, расшитую золотыми нитями и жемчугом, отороченную мехом соболя. Села на лавку.

— Уффф. Жарко что-то. Сань, что насчёт праздника? — Спросила она. Княжны тоже смотрели на меня вопросительно.

— Переговоры по организации праздника прошли в обстановке взаимопонимания и чувственного уважения. — Усмехнулась я, приставив серебряный кубок с молоком к ротику Дарьи. Она обхватила его своими ручками и стала пить.

— И проникновения… — Решила пошутить Ленка. Но тут же поправилась, глядя на меня. — Вернее, я хотела сказать, проникновенно от души.

— Что есть, то есть, сестричка. Очень проникновенно, до самого дна души.

— Заметно.