Александра. Большая игра. (книга вторая)

Все в полосатых коротких штанах до колен, чулках и таких же полосатых куртках. На головах у большинства имелись металлические шлемы. Одеты поверх курток у кого кирасы, у кого кольчуги. Но у всех пики или алебарды. Знаменитые швейцарские наёмники, ужас для рыцарской конницы. Смотрели на нас без страха. Их было почти столько же, сколько и нас. Наша колона замерла. Кирасиры вытащили из чехлов кавалерийские ружья. На всякий случай. Один из швейцарцев, одетый в пластинчатый доспех, поднял руку.

— Я капитан швейцарской пехоты, Альбрехт фон Штайн. Кто вы такие и куда направляетесь?

— Разреши, Матушка? — Опередила Паулу Ксения. Я кивнула ей. Та выехала вперёд. У капитана удивлённо округлились глаза.

— Я Княжна Остожская. Сержант-дама Корпуса и старшая фрейлина Её Величества Королевы Ливонии и Великой Княгини Московской, Имперской Порфирородной Цесаревны Трапезунда, Византии и Рима, Порфирогениты Александры Комниной-Нибелунг. Капитан, уберите своих наёмников и освободите нам путь. Мы движемся в Рим, к Понтифику.

— Женщина! Почему ты говоришь? Разве среди вас нет мужчин?

Ульрих дёрнулся вперёд, но я остановила его, покачав отрицательно головой.

— Спокойно, Герцог.

Ксения, тем временем, с высока посмотрела на капитана.

— Мужчины есть, капитан. Не чета тебе, хаму и грубияну. Настоящие аристократы. И не хами больше, фон Штайн.

— А то, что будет? — Он усмехнулся. Швейцарцы засмеялись. Ксения спокойно вытащила из кобуры на поясе пистоль и взвела курок.

— Ещё одна грубость и я прострелю тебе твою пустую башку. — Нацелила пистоль в лицо капитана. Говорила Ксения по-немецки. Швейцарцы её прекрасно понимали. Смеяться перестали. Подобрались, перехватывая свои пики и алебарды.

— Не боишься умереть, Княжна? — Скривился в злой ухмылке Альбрехт.

— Не боюсь. Думаешь я не видела кровь? Видела и сама участвовала в сражениях. И знаю, что по чём.

— Матушка? — Спросил меня Алексей Кобыла.

— Боевой порядок, полковник. — Велела я ему.

— Перестроится! — Последовала команда. Колона пришла в движение. Швейцарцы смотрели удивлённо. Кирасиры перестроились. Теперь против пехотинцев стояли ровные шеренги со вскинутыми ружьями по всему фронту. Ксения не оглядывалась, смотрела на капитана, продолжая держать его на мушке. Она поняла, что кирасиры перестроились. Швейцарцы ощетинились пиками и алебардами. Я тронула коня шпорами, выдвинулась вперёд. Меня сразу же окружили палатины. Остановилась рядом с Ксенией. Смотрела в глаза капитану.

— Ты не сдержан, капитан. Слишком наглый и самоуверенный. — Проговорила я. — А ведь ваша слава непобедимых воинов уже пошла на закат. Если сейчас начнётся бой, больше половины твоих пехотинцев ляжет в первые мгновения бойни. Кто убитым, а кто тяжелораненым, без шансов на исцеление.