Восход. Солнцев. Книга I

Главное, не склеить ласты после нее.

Создал в воображении стену, направленную в Зяблика и его друзей. Она начала вибрировать, словно мелодия, которая только что стала звучать. Я почувствовал, как магия проходила через мои руки, распространяясь по всей конструкции.

Потом внутри моих ладоней начала формироваться структура звуковой волны. Я видел, как она обретала вид, словно собиралась из магических частиц. Это как создание картины из разноцветных кусочков стекла.

Стена, которую я создавал, начала медленно подниматься передо мной. Она была прозрачной и невидимой. Я продолжал наполнять ее магией, увеличивая силу и плотность.

Когда стена была полностью сформирована, почувствовал, как моя магическая сущность сливается с ней. Это мгновение истинного единения, когда я стал частью всей конструкции.

В решающий момент выпустил силу наружу. Стена начала вибрировать еще сильнее, а затем с оглушительным грохотом взорвалась. Звуковая волна разнеслась по всей округе. В этот момент для верности я произнес:

— Звуковая волна.

Меня оглушило и откинуло. Повезло, что канаты удержали, вот только теперь на спине парочка вытянутых синяков будет, да и ребра заболели.

Когда пришел в себя, то заметил Зубарева и еще двоих, их просто откинуло в сторону метров на десять. Они валялись без сознания. Зяблику повезло меньше, он стоял на коленях и пускал слюни, даже обмочился. Лицо скрючено и глаза пустые, смотрящие в никуда. Из его носа, глаз и ушей пошла кровь. Он упал лицом на песок.

Вскочил блондин и посмотрел на валяющихся дружков, потом перевел взгляд на Зяблика, поджал губы и стиснул кулаки. После чего резко расправил пальцы, и на его ладони уже формировалась металлическая стрела.

Сука! Я не успею увернуться. И тут рядом с ним прозвучал рык.

— Зубарев, а ну, отставить! Ты чего себе позволяешь во время официальных тренировочных поединков?

— Сержант! Как я рад, что вы здесь, — заискивающе произнес блондин, гася свою магию. — Ваш ублюдок вызвал на дуэль Зябликова, но он, тварь, взял и покалечил парня, хотя мы договаривались только до первой крови. Просто помешанный, ненавидящий владеющих.

— Зубарев, — сказал сержант и прописал ему под дых. — Я тебя предупреждал, но ты, тупая собака, не понимаешь. Не лезь к моим. Иначе поломаю так, что мать родная не узнает.

— Сам-сон, — выдохнул сложившийся блондин.

— Придурок, ты, когда официальную бумагу получил от старшего лейтенанта, хотел потом замять это дело и паренька подставить? — с торжествующей улыбкой произнес Твердохлебов, крутя листком перед рожей Зубарева.