Герцогиня Чёрной Башни. Хроники Паэтты. Книга II

Так это – банальное ограбление, – с некоторым даже разочарованием подумал Варан, цепко хватая парня за руку, но так, чтобы не привлекать внимания прохожих:

– А теперь назови хоть одну причину, почему я не должен сломать тебе руку.

Глава 46. Знакомство"

"В первое мгновение Солана запаниковала настолько, что едва не влепила в живот южанину огнешар. Но, хвала богам, остатков самообладания хватило, чтобы понять, насколько плохая эта идея. Поэтому она решила прикинуться напуганным мальчишкой, пойманным на воровстве. Собственно, ей и не нужно было очень уж притворяться – испуг был самый настоящий.

– Простите, сударь, я не хотел вас толкнуть! – заканючила Солана, а из глаз её полились самые настоящие слёзы. – Я просто споткнулся…

– Настолько удачно, что твоя рука оказалась в моем кармане? – змеиной улыбкой ухмыльнулся южанин. – А ну-ка, давай отойдём в сторонку.

Положив Солане руку на плечи, словно добрый знакомый, внезапно встретившийся в толпе, южанин повёл её вверх по лестнице, а затем свернул в одну из боковых улочек. Солана поняла, насколько она ошиблась в этом человеке. Совершенно очевидно, что он не был мягкотелым ротозеем, нажившим небольшое состояние крючкотворством.

Она ощущала, каким неожиданно жёстким было его тело, какой тяжёлой была рука, каким безжалостным – взгляд. Мелькнувшая было мысль о кинжале испарилась сама собой – какое-то чувство подсказывало девушке, что с этим человеком шутить не стоит. Жаль только, что это чувство проснулось только сейчас!

– Кто ты, и кто тебя послал? – как только они оказались в достаточно безлюдном месте, благодушное выражение лица южанина тут же испарилось, уступив место высеченной из металла маске смерти. – Говори, или, клянусь, пожалеешь!

Южанин крепко ухватил её за плащ на груди и буквально вжал в шершавую стену. Его глаза находились всего в нескольких дюймах от её глаз, и они казались такими опасными. Опасными, и… одновременно какими-то влекущими, близкими. Понятными. Что-то было на самом донышке этих глаз, что до смерти было знакомо самой Солане. Она не понимала, не могла этого объяснить, но внезапно незнакомец вызвал у неё чувство глубокого интереса и, почему-то, сочувствия.

А ещё Солана теперь никак не могла понять, как же он мог поначалу показаться ей рыхлым недотёпой-буржуа? Как она могла про себя именовать его толстяком? Сейчас она видела перед собой совсем другого человека, а скорее даже – волка, готового к броску. И это внезапно не только пугало, но и привлекало её почти уснувшее женское начало. Таких людей девушке раньше видеть не приходилось.

Однако все эти мысли и чувства промелькнули у неё в одну секунду, пока незнакомец яростно буравил её своим взглядом, уперев предплечье ей в подбородок.