Герцогиня Чёрной Башни. Хроники Паэтты. Книга II

– Разве что на такие, на каких растут бердыши да кистени, – не двигаясь с места, ответил Бобок.

Парень, расхохотавшись, жестом, не лишённым изящества, закинул свой бердыш на плечо.

– А ты мне нравишься, папаша! – произнёс он, делая ещё пару шагов к каравану. – Я бы с тобой поболтал у костра! Давай-ка к нам, тут тебе и твоим людям будут рады!

– Видишь ли, мил человек, – Бобок спустил ноги с саней, но продолжал на них сидеть. – Я сызмальства привык зарабатывать свой кусок хлеба трудом. А отец мой всегда твердил, что нет презреннее дела, чем воровство. Однажды я залез в огород к соседу и украл пару морковин. Сам не знаю, что на меня нашло – захотелось морковкой полакомиться, а своя показалась не такой сладкой. Так вот когда отец узнал об этом, он об мою спину палку сломал, не вру! Так отходил, что я уж думал – совсем пришибёт. С тех пор я и усвоил, что красть чужое нехорошо… Стар я уже, чтобы принципы свои менять! Не приживусь я в вашей компании, уж не обижайся!"

"– Вот сейчас крепко обидел ты нас, папаша, – скорбно проговорил предводитель разбойников. – Недостаточно мы хороши, вишь ты, ребята, чтоб ему с нами знаться! Ну да повезло тебе, здоровяк, что мы – люди отходчивые. Не станем мы поминать твои слова, отпустим с миром и тебя, и твоих парней. Но, чтобы залечить наши душевные раны, придётся вам сани свои тут оставить. До Шинтана не так уж и далече – пешком доберётесь. Заодно и наберётесь немного смирения! Так ведь, хлопцы?

Одобрительный ропот пробежал над разбойничьей шайкой.

– Пожалел бы старика, парень! Куда мне пешком-то топать! Я и пяти миль не пройду! Нет уж! Вы лучше деревяшку свою с дороги уберите, а то мы торопимся.

– Никуда вы не поедете! – мгновенно теряя дурашливый тон, произнёс парень, скидывая оружие с плеча. – Ни шагу дальше, иначе выпустим вам кишки!

Бобок тут же уловил, что время игр прошло. Вообще, судя по всему, его не случайно назначили старшим обоза – он не растерялся в критической ситуации, сумел заставить противника недооценивать себя, а вот теперь, когда пришла пора, он начал действовать молниеносно. Какие-то доли секунды, и его рука с проворством, которого трудно было ожидать от столь массивного тела, ухватила арбалет.

Бобок выстрелил, почти не целясь – сейчас было важно ошарашить врага. Болт свистнул примерно в футе над головами разбойников и ушёл куда-то в сосновые кроны, однако это дало остальным извозчикам необходимую секунду, поскольку предводитель, а вместе с ним и остальные, оторопело замерли.

Надо сказать, что среди разбойников, конечно, хватало лихих парней, готовых смотреть смерти в глаза, однако, основная масса – все эти обнищавшие колоны, неприкаянные беженцы – эта масса была довольно пуглива, или, лучше сказать, рациональна.